– Сэр, тактическая группа младших офицеров попросила меня обсудить дело у Завьера.

– О? Что ж, не совсем то, что я имел ввиду, но для начала... Они сами проявили инициативу... Кто просил?

– Младший лейтенант Деттин, сэр.

– Ммм... Я знаю Деттина. Но уверен, они все слышали что-то о Завьере и теперь очень хотят знать больше. Надо бы зайти...

Это было угрозой, предупреждением или просто интересом?

– А... адмирал ждет.

Адмирал Доссайнэл оказался высоким с грубыми чертами лица и большими руками, которые в данный момент переставляли вещи на столе. В остальном он казался более расслабленным, чем капитан Хакин, и гораздо доброжелательнее.

– Я ознакомился с заключением Комиссии и вашим делом, старший лейтенант Сьюза... и хотя могу понять их отношение к вашим решениям, лично его не разделяю. Я не сомневаюсь в вашей преданности Правлению Семей.

– Спасибо, сэр.

– Благодарность не обязательна, старший лейтенант. Необходимо выкурить всех предателей, и мы это сделаем. Гарривэй и его отряды не последние, но мы должны сохранить доверие, иначе не сможем выстоять по одиночке.

Адмирал замолчал, но Исмэй не знала, что требуется сказать в данном случае, и он продолжил, но уже менее мрачным тоном:

– Как я понимаю, вы с майором Питак поладили... и командором Севеч?

– Я совсем недавно познакомилась с ним, сэр, - сказала Исмэй.

Глава подразделения Проектирование и строительство корпуса только раз перекинулся с ней парой фраз. Он, казалось, был еще больше занят, чем майор Питак.

– Уверен, вы уже слышали это и раньше, но должен сказать, обычно лейтенанты не получают сюда назначение, не прослушав предварительно один из углубленных технических курсов. Вам вероятно понадобится изучить несколько самостоятельно...

– Я уже записалась на один, сэр.

– Хорошо. Вы конечно схватываете на лету, но ремонту крупного машиностроения учатся всю жизнь, - адмирал взглянул на свой дисплей.
– Вижу, вы недавно были в отпуске на своей планете. Как ваша семья отреагировала на общественную шумиху?

Исмэй попыталась придумать более тактичный ответ.

– Они... зашли очень далеко, сэр.

– А? О, предположу, вы имеете ввиду орден?

Конечно же это было в ее деле.

– Да, сэр.

– Но это правительство, а не ваша семья... У вас ведь... отец, мачеха, сводные братья?

– Да, сэр. А так же тети, дяди, двоюродные братья и сестры... большой клан, сэр.

– Они одобрили то, что вы поступили на службу во Флот?

Теплые карие глаза внимательно смотрели на нее.

– Не... совсем, сэр. Сначала нет. Теперь да.

– У нас больше нет офицеров с вашей планеты. Последний был примерно тридцать лет назад.

– Мелук Залоси, да, сэр.

Залоси были слугами Корков, которые когда-то являлись одной из политических фракций. Мелук, как говорили, был незаконным сыном трибуна Корка и стражника Залоси, и его отдали на воспитание дальнему родственнику Залоси. Доказательством были густые брови Мелука, отличительный признак рода Корков. А когда он подал заявку на вступительные экзамены во Флот, это казалось лучшим решением для всех. Мелука не спрашивали. Он был Залоси и шел туда, куда Корки говорили ему идти.

– Интересно, - продолжил адмирал Доссайнэл, прервав ее размышления, почему так мало? Алтиплано, насколько я понимаю, сельскохозяйственный мир. Обычно с таких планет у нас мало рекрутов, но не настолько.

– Это не обычный селькохозяйственный мир, сэр, - Исмэй запнулась, решая, сколько рассказать.

Адмирал мог бы получить нужную ему информацию, если бы захотел.

– И почему же?
– спросил он.

Возможно, он хотел услышать ее мнение, а не аналитиков Флота.

– Отсутствие свободнорожденных, - кратко сказала Исмэй.

Все другие причины вытекали из этой: контролируемая рождаемость, отсутствие перенаселения, когда многие ищут лучшей жизни за пределами планеты. Только на этом условии переселенцам давалось разрешение на проживание; если они уже имели детей, то были вынуждены соглашаться на преждевременную стерилизацию.

– Но ваша семья... Сколько у вас братьев?

– Два, сэр. Но это сыновья второй жены моего отца по ее разрешению.

Исмэй не упомянула того, о чем он возможно догадывался, что ограничение рождаемости больше касалось других семей. Ее отец мог иметь еще наследников, но отдал свое право Санни, которая хотела много детей.

– Понимаю. И каково их отношение к омоложению?

Исмэй заколебалась.

– Я... знаю только точку зрения отца и дяди. Они озабочены влиянием омоложения на численность населения, хотя конкурентноспособность увеличивающегося опыта считают положительной стороной.

– Ммм. Значит, высший военный состав Алтиплано не прошел омоложения?

– Нет, сэр.

– Есть какое-нибудь недовольство Семьями по этому поводу?

Исмэй почувствовала себя неуютно, но ответила со всей честностью: