Легкие, едва слышные шаги Деженя раздались совсем рядом. Точно на расстоянии удара меча. Воисвет приготовился.

– Берсень, давай! – заорал он что было сил и выскочил навстречу Деженю.

Расчет князя строился на недоверии лучника. На том, кто ненавидел Деженя больше всего. На том, кого, как подозревал Воисвет, ненавидел и сам Дежень. И если он рискнул повернуться к магу спиной, ему следовало напомнить об ошибке. И о том, почему Воисвет – князь, а Дежень – всего лишь грязный вор!

Расчет оказался верным. Дежень резко повернулся, наткнулся на выпученные от изумления глаза мага и со сдавленным криком рванулся в сторону, одновременно натягивая тетиву.

В воздухе блеснул клинок, и стрела канула в небо. Дежень пошатнулся, и Берсень увидел кровавую полосу, рассекшую его лицо и грудь. Лучник презрительно скривился.

– Тетива… – прошептал он, но князь не дал ему договорить.

Сверкнул меч – и Дежень рухнул на землю, разбрызгивая кровь.

Берсень заметил гримасу удивления на лице князя. Похоже, тот с трудом верил в свою победу. И маг вполне его понимал. Поверить в то, что непобедимый лучник, стрелы которого пробивали каменные колонны насквозь, умер, было не так-то легко.

Маг даже поймал себя на мысли, что ждет, когда Дежень дернется и начнет вставать. А его смертоносный лук снова будет выцеливать очередную жертву.

Но его лук больше никого не мог убить. Разрубленный на две части, он покоился на груди Деженя. Такой же мертвый, как и его хозяин.

Или все-таки не мертвый? Берсеню показалось, что Дежень шевельнулся.

– Проклятье!

Сплюнув, Воисвет упал на колени рядом с Деженем, выхватил из-за сапога нож. В следующий миг Берсень не поверил своим глазам.

Безвольно лежавшая рука Деженя вскинулась и впилась в шею князя. Выронив нож, Воисвет захрипел, задергался, но Дежень рывком приблизил его к своим залитым кровью глазам.

– Тетива – дрянь! – просипел Дежень. – Жаль, не успел…

Рука его разжалась и упала. Воисвет живо отскочил в сторону, откашливаясь и растирая шею. Подхватив меч, князь шагнул к Деженю и с размаху проткнул ему грудь.

– Теперь-то все, а? Теперь-то ты сдох?!

Воисвет долго вглядывался в лицо павшего, но Дежень больше не шевельнулся. Выдернув меч, князь медленно подошел к магу.

– Слышал? – глухо спросил он, вытирая со лба пот. – Будь с ним та тетива, с которой он положил длинноухих, вышел бы из-за скалы?..

Воисвет устало присел, привалился спиной к скале и закрыл глаза. Берсень бросил на него неприязненный взгляд. Покрытое бисеринками пота лицо князя блестело под солнечными лучами. Правый глаз нервно подергивался, подрагивали пальцы рук.

– Да ты, никак, перепугался до смерти, княже? – презрительно скривился маг.

– А то, – не открывая глаз отозвался Воисвет. – У меня было немного шансов. Но я молодец.

– Жаль, не поубивали друг друга! – процедил Берсень. – Герои!

Воисвет осклабился и открыл глаза:

– А ты, небось, думал, что князь только на перинах полеживает?

– И думать не хочу, – отвернулся Берсень.

– Вот и правильно. Думай лучше о мече. Ты как там, не разобрался еще? – Воисвет кинул на него пристальный взгляд и внезапно рявкнул: – В глаза смотреть, гаденыш!

Берсень дернулся, полоснул по князю испепеляющим взглядом. Только сейчас он вдруг сообразил, он только что был оставлен без внимания и никак этим не воспользовался! А ведь, вместо того чтобы трепаться с этим гадом, он мог сотворить какое-нибудь заклятие и распылить его в клочья!

– Похоже, еще сыроват, – констатировал князь. – Хотя, наверное, кое-что мог бы и сказать, а?

– Будь ты проклят! – Маг зло сплюнул. – Если бы я хоть что-то понял, ты был бы уже мертв, как и твои приятели!

– Угрожаешь? – Воисвет усмехнулся. – А ведь я старался, берег тебя, а ты даже не поблагодарил. Да и толку с тебя? Столько времени уже прошло, а ты ничего не добился. Может, пристукнуть тебя сразу?

Путь по скальным обломкам оказался куда тяжелее, чем казалось поначалу. После короткой, но яростной схватки с Деженем князь оказался изрядно вымотан. Перебираясь с камня на камень, ныряя из расселины в расселину, Воисвет соблюдал предельную осторожность.

Натыкаясь на более-менее крупный провал или здоровенный валун, Воисвет искал только обход. А уж о том, чтобы воспользоваться веревкой, и речи не было. Магу он не доверял ни на грош.

На вершину некогда отвесной стены они добрались к вечеру. Едва живой, князь рухнул прямо на краю обрыва, с блаженным стоном потянулся, не забывая при этом держать мага в поле зрения.

Берсень, впрочем, был далек от намерения избавиться от князя. Он и сам оказался измотан, к тому же из головы ни на минуту не выходил меч.