— Конечно, разрешу. С обычной простудой-то ты сможешь справиться? — продолжал «наезжать» на меня коллега.

Наскоро накинув халат, я позабыла и про будущее свидание, и про Уэйда, помахавшего на прощание ладонью. Погрузилась в работу, радуясь, что меня перестали остерегаться.

Странно, конечно, с чего все изменилось? Кто-то даже принес мне извинения за утренние сплетни, где смаковались подробности моей поездки с наглецом-Брауном. Впрочем, поразмышлять над этим событием не удалось. Заболевшие простудой уходили, и вместо них приходили новые больные. Мне категорически не нравилась тенденция. Слишком похоже на разбушевавшийся вирус, а то и на начинающуюся эпидемию.

Я выписывала рецепты и выдавала приготовленный Робертом сироп от кашля и боли в горле. Сегодня спорить с Уорреном не хотелось, да и его капли были полезными. Всегда считала, что простуда — такое заболевание, которое ты старательно лечишь, и оно проходит за семь дней, либо не лечишь, сидишь дома, много пьешь, и оно тоже проходит за семь дней.

Не отвлекаясь от жалоб, осмотров покрасневшей гортани и насморков, позабыла о времени.

— Хм, простите, а где я могу отыскать леди Саммер? — признала голос Джайлса и сникла.

Черт, стрелки на часах достигли шести вечера, ровно в тот момент, когда мы закрывали госпиталь. Поток новоприбывших прекратился, но после такого активного дня я с трудом стояла на ногах, а внешне напоминала приведение. Не назовет меня господин Граем красавицей, как бы сам не сбежал.

— Граем? — резко и хамовато спросил Уоррен. — А тебе она зачем? Ты же ко мне всегда ходил? Тоже простыл?

— Нет, Роберт, — звонко рассмеялся артефактор. — Я по личному вопросу.

— В своем кабинете, — отрезал пожилой лекарь. — Но не рвись. У нее посетитель.

— Я подожду.

Скривившись, невольно взглянула на зеркало, что не укрылось от старушки-пациентки.

— Ой, это за вами пришел наш артефактор? У вас, что, свидание?

Произнесено было таким тоном, что оставалось добавить только залихватское «ууу».

Я закрыла ее челюсть ладошкой, отошла, чтобы помыть руки, и назвала уже набившие оскомину назначения. На вопрос не отвечала, потому что именно она и ее подруги-перечницы были главным рассадником лживой информации в городе. Не со зла, но со скуки бабушки придумывали невероятные подробности, убивая чужие репутации.

— Эх, милочка, — закряхтела седовласая леди. — На твоем месте я бы держалась от нашего артефактора подальше.

— Почему же? — искренне удивилась я.

— Так, тридцать лет мужчине. Ни разу не женился.

— Герцог тоже не женат, — отметила зачем-то.

— Его Светлость не женат, но он глава города. Женится еще...на Дейзи. — Упоминание вредной шатенки противно покарябало грудную клетку. — А этот прощелыга свадьбы избегает из-за матери. Жуткая она у него, помяни мое слово.

Ага, верить этим сплетницам себе дороже. Я запомнила, что она сказала, но не придала никакого значения. В ней говорит зависть, все-таки дело Джайлса процветало. Наверняка его матушка в самых дорогих нарядах, вся в золоте и блеске. Да и мне наплевать. У меня нет цели выйти замуж, я настроена покинуть Терралию.

Завершив все манипуляции с милой на первый взгляд бабуленькой, я сняла с себя халат, сделала попытки приладить волосы, которые с рассвета все больше и больше напоминали гнездо, и смирившись с тщетностью бытия, вышла к своему новому знакомому.

— Добрый вечер, Джайлс, — скромно тупила глазки, ощущая небывалую внимательность к собственной персоне. Господин Роберт аж из кабинета вылез, чтобы на нас посмотреть. — По вам можно часы сверять.

— Издержки работы артефактором, — развел он руки и одарил сияющей улыбкой. — Саммер, вы прелестны. Вы уже готовы?

— Да, почти. — Я накинула шляпку и попрощалась с Уорреном и оставшимися, не моими пациентами. Порозовела от комплимента, тайно радуясь, что вредный коллега его услышал.

Гуляя по улочкам Лавенхейма, я и Джайлс болтали обо всем на свете. Даже о его матери я узнала несколько любопытных фактов. Женщину в городе недолюбливали, она тоже выучилась на создателя магических предметов, приехала в Лавенхейм и шокировала замшелое общество своим поведением и полученной профессией. Прямо как я. Правда, сильно позже острые углы сгладились, артефакторов не хватало. И теперь она прекрасно сосуществует с ее обидчиками. Нет-нет, ее все-таки пытается кто-нибудь уколоть, но леди Граем обладала специфичным чувством юмора и металлической броней.

Джайлс очень восторженно отзывался о своей родительнице. Ох, кажется, поэтому я понравилась ему — глупым и отдаленным сходством. Это одновременно и пугало, и настораживало, и чуточку восхищало.

Мы зашли в ресторан, вызвав удивленные лица во всем помещении. В придорожных тавернах, в дешевых забегаловках мне, конечно, удалось потрапезничать, а вот в подобных местах я еще не бывала.

Атмосфера была уютной, интимной и... дорогой, что ли. На каждом столике расположили не свечи, а волшебные светильники. Еду и напитки приносили в какой-то необычной посуде, и, как пояснил мой спутник, она сама подогревала блюдо до нужной температуры. Да и публика была иной. Не привычные мне посетители госпиталя, а те, к кому обычно Роберт выезжал сам.