Тёмным легионам сомнения как раз были чужды. Они желали уничтожить всё, что построено над их головами и покарать всех тех, кто решил, как им жить и выживать. Но существа, чьи сердца были полны ненависти и зависти, имели своё мнение на этот счёт. Они жаждали разрушить мир, который серафимы так бережно охраняли. И чёрные крылья предводителей ада расправлялись, готовясь к нападению на верхние этажи.

Пока Даймон лелеял крыло, а Мара приглядывала за Малым, вдруг раздался гул, подобный раскату грома. Это был сигнал к атаке! И демоны, перегруппировавшись на трёх первых уровнях, ведомые своим зловещим предводителем, возобновили наступление. Спиваясь в Прадерево, подтачивая его корни, они карабкались вверх и вскоре пронзали сами небесные просторы, оставляя за собой следы тьмы. И среди небес появились тени, которые не могли быть изгнаны.

Без ненависти, но с огромным желанием устранить нашествие, смотрел на наседающие воинства тьмы перебинтованный Михаил. И серафимы под его предводительством, перевели дух. И снова приготовились вступить в бой. А перед неизбежным столкновением прозвучали новые подбадривающие слова:

— Мы не позволим тьме поглотить свет! И если Сатана оставил на Люцифере следы незаживающего крайнего космоса, которые невозможно превозмочь, то мы вынуждены выкорчевать угрозу и выдворить их вон. Идём же, мои воители и вышвырнем эту заразу за пределы нашего мира!

Тела шагнули с облаков и камнем бросились вниз. Затем алые крылья расправились и сражение возобновилось с неимоверной силой. Серафимы, как вихрь, устремились в бой, и их крылья создавали мелодию, которая поражала демонов акустическим оружием. Тёмные тела трясло в агонии, иные просто взрывались, а прочие сходили с ума, не выдержав звучания «божественных голосов» в головах.

От серафимов старались не отставать и архангелы. Они сражались с демонами поскромнее, но тех было на порядок больше. И такие пытались разрушить всё на своём пути. Каждый удар меча Михаила разрывал тьму, каждый взмах крыла серафима приносил надежду. И не было в этом сражении ни конца, ни края.

Пылал Рай, жаждал мести Ад. В этом эпическом противостоянии раздавались крики боли, проклятья и благословения, изгоняющие тьму. А вместе с тем — звуки, которые могли бы потрясти любого случайного зрителя и слушателя. И где-то далеко на земле, люди и монстры с удивлением поднимали головы, глядя на то, с какой невероятной мощью разыгралась стихия в небе.

Хаосу чужды построения. Но среди сумятицы и неразберихи боя, серафимы не теряли веры. Они знали, что их сила в единстве, и лишь держась вместе, они могут выстоять против превосходящих сил противника.

С каждым мгновением сражение становилось всё более напряжённым. Но в решающий момент, когда казалось, что тьма может одержать верх, архангел Михаил поднял свой меч к небесам и заявил:

— Взываю к Высшему Небу! Ибо пришло ваше время, а наше отмерено!

Глава 36

Тайной тропою

Мерцающие двери с лёгкостью впустили человека в чёрном цилиндре внутрь Прадерева. Но никакой тебе темноты, жёстких стен или ожидаемой коры с жучками. Напротив, ощущение было таким, как будто проник в воздушный замок. И этим Мировое древо показывало, что руку к его росту приложили лучшие дизайнеры и архитекторы всех миров. Хотя бы потому, что корни его оплетали не только Рай, но все известные миры. Не был подключён только ад.

— Теперь этого тем более не требуется, — встретил Сатану на входе Орфаниэль.

Он был ангелом райской логистики, обладающий доступом ко всем известным дверям. И арфе предпочитал связку с тысячью ключей, а белоснежным, невесомым одеяниям серое рубище. Поэтому издалека его можно было принять за ворчливого старика.

Причём, старика, читающего мысли любого, с кем разговаривает.

Сатана, что уже приготовился перестроить организм в случае немедленного попадания в невесомость или прочие райские ловушки, расслабился. Возросшие силы удержали сознание. Да, пока другие видят старика-оборванца, он видел свет ярче раскаленного солнца, но без жара. Однако, даже не моргал, спокойно глядя на это Нечто. Ещё в пору молодости ему приходилось находится рядом со вспышками Сверхновых. Так что ангел всех Входов и Выходов в мировом древе был для него лишь пешкой на доске, где он — ферзь.

— Приветствую, Сатаниэль. Давно не виделись, — приподнял густые брови старик.

— Вряд ли ты так постарел с той встречи. К чему этот маскарад?

— Древо не любит яркий свет у себя внутри, — ответил Хранитель. — Да и тебя мне тогда впускать не следовало. Но я был молод, глуп и всем хотелось посмотреть на единственного, кто вернулся с Той Стороны. Но к чему это привело?

— Действительно, к чему? — болтал Сатана, сам подбирая ключик к Хранителю.

— Ад поднялся на Рай, а ты решил проскользнуть в Светлую Башню, — наблюдал за этой попыткой взлома старик, но ничего не предпринимал. Всё-таки мудрость не любит лишних движений. — Вот к чему… зачем это тебе?

— Навестить старого друга.

— Разве мало вы общались в пустыне?

— Каждый вечер. Но разве это плохо — навещать друзей?

Старик снова свёл брови на переносице:

— Только не тогда, когда дом горит!

— А чем они там думали, когда создавали мир?

— А кто тебе сказал, что его создавали они, а не Древо?

— Не пудри мне мозги, Орфаниэль. Древо лишь — возможность для роста. Потенциал в Океане Провяленного. Но задают параметры местные… эм… «прорабы». И конкретно эти местные мне надоели. Пора поменять команду. Души игнорируют оба разнополярных потенциала. И Ад, а Рай. Вскоре этот конгломерат вовсе опустеет.