Малой смотрел с интересом. На мрачной кухне, освещённой лишь тусклым светом пылающих углей в очагах, трудились повара с рогами, сверкающими как острые ножи. А их глаза сами по себе являлись источником освещения. Руки же, покрытые шрамами и татуировками с надписями «за шеф-повара — хоть в ад, хоть поварёшкой по лбу», «не забуду родной третий круг» или «мне так не хватает хвоста, но он был так вкусно приготовлен», ловко манипулировали ингредиентами, которых обычный человек не осмелился бы коснуться.

Обычный, но не повар. Потому по кухне летали подброшенные вверх черепа, сердца, лёгкие, кости. Терпение Пукса было не безгранично и он с ходу перехватил одну такую тазобедренную кость, чтобы поточить клыки и побаловать себя ещё до того, как всё будет готово. Ровно так же поступил и Малой. В воздухе витал аромат жареного мяса, смешанный с пряностями, которые могли свести с ума любого, кто осмелится подойти слишком близко. И первым не удержался самый младший, схватив шеф-повара за ногу и потребовав:

— Дай мясу!

Если любой другой проситель на кухне получил бы лишь пинка, то ребёнку, даже демонического происхождения, руководитель кухни отказать не мог. Тут же сунув в пламя куриную ножку на кончике копья, он дождался, пока появится румяная корочка, а когда вместо крови по мясу побежал жир, достал и водрузив на тарелку, посыпал солью с перцем и протянул маленькому просителю.

— Держи!

Тарелку Малой проигнорировал, но куриную ножку подхватил и тут же начал дуть, а затем покусывать с разных сторон. По пальцам побежал сок и от вида этой картины забурчало даже в животе Мары.

Люцифер определённо испытывал их терпение. А каждое новое блюдо, выходящее из-под рук шеф-повара у них на виду, это не просто еда, а настоящая алхимия.

— Они готовят «Кровавый стейк с душами», — объяснил предводитель ада, — где мясо, обжаренное до хрустящей корочки, подается с соусом из слёз потерянных душ. А вот там на подносе «Пирог из чёрного пламени», который, при первом укусе, вызывает желание убить за следующий кусок. Во истину, это угощение, способное разжечь внутренний огонь пищеварения так, что порой прожигает насквозь.

Даймон кивнул. Они с сестрой держались до последнего. Но в отличие от пищи на столах нежити, нечисть готовила им по вкусу. И не только вкусом поражали повара-демоны. Их кулинарные творения обладали магической силой.

— Один укус может подарить невероятную силу, другой — навлечь проклятие, — продолжил рассказывать Люцифер, перечисляя меню и ингредиенты. — Говорят, что те, кто осмелится попробовать «Суп из страха», навсегда останется пленниками своих собственных кошмаров. Быть может ты, Даймон, хочешь отведать его первым? Всего ложку?

— Ложку-то зачем? Давайте сразу тарелку! — потребовал демонёнок, который был так голоден, что мог погрызть и ложку, и тарелку покусать, но лучше сначала съесть то, что нальют. Лишь бы горячее было.

— Похвальная смелость для демонёнка! — кивнул хозяин. — Что ж, так тому и быть. На этой кухне вообще нет места слабостям. Каждый мой повар знает, что его искусство — это не просто ремесло, а способ выразить свою сущность. Они смеются, когда слышат, как люди боятся их блюд, ведь для них это лишь игра. И каждое такое блюдо — это вызов, это искусство, это жизнь, Даймон.

И перед демонёнком поставили тарелку, наполненную чёрной жидкостью, но с запахом столь удивительным, как будто в тарелку не нефти налили, а подкрашенную амброзию.

— Тогда я предпочту смерть, будучи сытой, — вклинилась в разговор Мара и тут же опрокинула в себя всю тарелку, опередив брата и широко раскрывая рот.

— К чему такие жертвы? — удивился Люцифер, но скорее большой ёмкости рта у на вид хрупкой, хоть и бледной. Девушки.

— О, это не жертвы. Это лишь дань… мастерству ваших шефов, — с довольным видом кивнула сестра, вытерла рот и подмигнула брату.

Уж что-что, а яда она на своём жизненном пути отведала немало. И обладала внутренним антидотом для любого из них. Так как в какой-то степени сама была ядом после всего пережитого.

Подождали с минуту. Но Мара не билась в припадках, её не трясли конвульсии, даже глаз не дёргался. И демонёнок понял, что суп хорош. Тут же подхватил ложку, отведал прямо из котелка.

Глаза расширились от удивления:

— Да он хорош!

Люцифер рассмеялся, шеф-повар улыбнулся, довольный похвалой. А затем их повели в трапезную залу. И по пути хозяин замка признался: