— Ало, скорая? Можно на рынок карету?.. Нет, без извозчиков. Своих психов хватает… Да, снова Садовая.

* * *

До речки оборотни добрались быстро. С ветерком, как и обещал Леонид, который и сидел за рулём УАЗика без крыши. Почитай — кабриолета.

У кота-оборотня был талант к скорости, а подвески на отечественном автопроме он не жалел и собирал все ямы и кочки. Всё равно биться головой не о что. А веселья много не бывает.

Михаэль подлетал на сиденье, но ремень безопасности всё время возвращал его на место, ветер периодически трепал по макушке. Как так получилось, что они вдруг пересели с его удобного автомобиля на «да у меня проходимее», он точно сказать не мог. Но спорить с опытным рыбаком не стал. Всё-таки у Леонида были водительские права. Значит, понимал он в человеческих автомобилях больше, не то, что медведь, исколесивший всю Европу с Майки.

Правда, автомобиль кота-оборотня с полицейскими сам не разговаривал. А он, дурак такой, поил его не кровью, а заливал какой-то вонючий бензин. Или хуже того — дизтопливо. Не хватало ещё бензобак открывать, чтобы нюхать. И так коптит изрядно.

Ветер свистел в ушах рыбаков, формируя новые причёски. Леонид мог разогнать любую колымагу так, что та мчалась как на гоночной трассе. Жил он по принципу: «тихо веду себя на работе, но в хобби отрываюсь как следует».

Ничто не могло остановить кота, стремившегося на рыбалку!

Михаэль пристегнул ремень после первого же полёта в невесомости. А когда хлебнул ртом поток ветра над стеклом и проглотил божью коровку, возникло даже желание перекинуться в медведя для надёжности.

Так безопаснее.

В тоже время не хотелось объяснять Рыбнадзору, почему человек везёт медведя на рыбалку. Но к удивлению более крупного оборотня в салоне автомобиля, до реки они добрались вполне благополучно.

Лишь отстегнув ремень безопасности и встав на ноги у берега, Михаэль мог с облегчением выдохнуть.

— Ну ты и гонщик, — произнес он, покачиваясь.

— Так на рыбалку же, а не на работу, — Леонид руками изобразил машущие крылья. — Жаль, у машины крыльев нет. А то бы ещё быстрее долетели.

— Твоя правда. Зов природы, — Михаэль рассмеялся заливисто.

Пока Леонид расчехлял удочки, тот, кто мог принимать образ медведя, спустился к реке. Втянул носом воздух в попытке ощутить, водится ли тут рыба.

Не ощутил. Но нос тут же превратился в медвежий. Новое обоняние сообщило о грустных новостях: пахло автомобильными покрышками, трухлявыми досками на берегу и почему-то попкорном. А вот рыбой — ни разу.

Присмотрелся — увы. Даже не плещется.

Михаэль повернулся к Леониду, идущему к реке со снастями, спросил:

— А тут вообще рыба есть?

— Конечно, есть. Целая баночка пескарей была в прошлый раз, — Леонид раскинул руки в стороны для демонстрации баночки, но этого не потребовалось.

Удалось показать двумя пальцами.

— Ну, может не только пескарей поймаем, — произнес Михаэль с воодушевлением и тут же полностью обратился в медведя.

Обращённый разбежался и, обдав Леонида брызгами, плюхнулся в воду.

— Ты чего тут плаваешь? — крикнул оборотень из семейства кошачьих. — Всю рыбу распугаешь!

— Не распугаю, — пробасил медведь, вынырнув из воды. — Наоборот, запугаю так, что сама на берег выпрыгивать будет…

— От ужаса?

— От восторга! –заявил Михаэль и снова погрузился под воду.

Леонид в воду лезть не имел никакого желания. Природа кота брала своё. От того рыбачил по старинке. На удочку.

Со знанием дела он наживил червячка и забрасывал на мелкоте. Но не везло. Не были ни поклёвки. Даже леску не водило. Поплавок замер, а затем показалось, что вовсе умер.

Тогда Леонид вздохнул:

— Эх, люди… последний пескарей потравили.

Отложив удочку, он взял спиннинг. Нацепив донную снасть, наживил новых червяков и забросил наживку на середину реки. Туда, где поглубже.

Едва донка опустилась на дно, как задёргался поплавок на соседней удочке.

— Клюёт же! — крикнул маленький оборотень и начал подсекать.

Поплавок нырнул, но вдруг в том месте, где только что был поплавок, показалась медвежья морда.

В зубах Михаэль держал здорового леща. А поплавок вернулся на поверхность.