– Боже мой!

Мишель повернулась к Хастингсу.

– Ты говорил, Франклин заходил домой? Лакей кивнул.

– Мистер Джефферсон пробежал мимо меня, будто за ним дьявол гнался. Он заскочил в библиотеку, был там несколько минут, потом убежал снова.

– Ты не мог хотя бы попытаться остановить его? Хастингс опустил глаза.

– Виноват, мэм, я боялся его.

Мишель потрясла головой.

– Нет, Хастингс. Это я должна извиниться. Ты ничего не мог сделать.

Она посмотрела на обоих мужчин.

– Говорил он что-нибудь вообще, чтобы можно было понять, куда он направляется?

Никто не ответил. Мишель терялась в догадках. Очевидно, что-то ужасное случилось в «Барклейс», что послужило спусковым крючком для Франклина. Нужно было немного воображения, чтобы понять, что случилось. Но сейчас она должна сконцентрироваться на поисках Франклина. Очевидно, он зашел домой, чтобы взять что-то, что было нужно, перед тем как он пошел…

– Хастингс, пойдемте со мной. Мы должны осмотреть все в библиотеке. Когда мы поймем, что он взял, мы сможем понять, куда он пошел.

– Что мы будем искать, мэм?

– Хотелось бы знать. Что-то, что не на месте, что-то пропавшее.

Мишель начала поиски со стола Франклина. Она просмотрела один за другим ящики, не обнаружив ничего пропавшего, пока не заметила царапин на нижнем ящике. Мишель нахмурилась. И у нее, и у Франклина были ключи.

Или тут был кто-то еще? Кто еще был в доме?

В это время ее окликнул Хастингс:

– Мэм, посмотрите на это!

Мишель наклонилась к шкафу, наблюдая, как Хастингс прижимал пальцами отскочившие куски панели, под которой обнаружился потайной ящик.

Внутри него все было выложено красным бархатом и имело форму футляра для пистолета.

– Хастингс!

– Мэм, я клянусь, я совсем забыл об этом! Друг мистера Джефферсона принес это как военный сувенир, немецкий. Законы о хранении оружия в этой стране жесткие, и поэтому ему не хотелось лишних хлопот. Он спрятал револьвер сюда, заперев ключом.

– Почему ты не рассказал мне? – закричала Мишель.

– Потому что и сам мистер Джефферсон об этом не говорил, – сказал Хастингс потерянно. – Это было его дело.

«Зачем тебе нужен пистолет, Франклин? Кто так ранил тебя, что это единственная вещь, о которой ты мог думать? Сэр Манфред Смит…»

Мысль прокрутилась в голове Мишель и вернулась к взломанному ящику. Она открывала его в последний раз перед вечером в посольстве. С тех пор ни она, ни Франклин не нуждались в том, чтобы открывать его. И никого не было в доме.

– Гарри… – прошептала Мишель.

Гарри Тейлор был в беспечном настроении, когда сворачивал на свою квартиру в «Белгравии», прыгая через две ступеньки. Этим утром секретарь главы «Кукс» вызвал его к Балантину в дом-крепость на Сент-Джон-Вуд.

– Ваша информация оказалась верной, – сказал сэр Томас. – Будьте уверены, что Роза Джефферсон ничего не получит от дорожных чеков. Если вы хотите работать дальше, я предлагаю вам сделать это теперь.

Гарри хотел. Всю дорогу домой он составлял телеграмму Розе.

«А Роза, – думал Гарри, открывая дверь, – сделает остальное для меня».

Он сразу же понял, что что-то не в порядке. Внутри кто-то есть.

– Привет, Гарри.

Франклин сидел в черном кожаном кресле в гостиной. Гарри открыл рот, чтобы ответить, потом увидел глаза Франклина, безжизненные и бесцветные. В руках у него был пистолет, направленный на Гарри.

– Франклин!

– Подойди ближе, Гарри.

Гарри подчинился, осторожно сделал три шага к гостиной.

– Почему ты это сделал, Гарри? Почему ты предал меня?

Холодный, бархатный голос Франклина бросил Гарри в дрожь.

– Я никогда ничего не делал тебе во вред, Франклин, – осторожно ответил Гарри.

– Да? А что ты делал с сэром Томасом Балантином этим утром?

Гарри знал, что отвечать надо немедленно. Но он попытался изобразить удивление.

– Я задал тебе вопрос, Гарри.

– Он расскажет тебе, Франклин, но не сейчас. Не таким образом. Он расскажет всем, что мы хотели бы знать, в полиции.

Никто из них не слышал, как Мишель вошла через переднюю дверь.

– Мишель, слава Богу, что ты здесь! – воскликнул Гарри.

– Не двигайся! – крикнул Франклин. Он посмотрел на Мишель, и впервые его рука дрогнула.

– Ты знаешь, что он сделал нам? – прошептал он.

– Знаю, дорогой, – сказала Мишель как можно спокойнее. – И он за это заплатит, я обещаю. Но не в том случае, если ты ранишь его.