– Значит, я расшевелил это их осиное гнездо, – сказал капитан Комбер. – Не впервой. Помню, как-то раз уличил адмирала, что тот вместо учений ловил рыбу.

Ничего, сошло. – Проблеск веселья в нем тут же погас. – Но, черт возьми, что же делать?

– Выше голову, – сказала Элизабет. – Мы хотя бы не сидим сложа руки. Остальные вообще ничего не делают.

– Но есть ли в этом какой-то смысл?

– Полагаю, есть. То, что нам только что рассказала Тина, чрезвычайно важно.

Такие совещания втроем по вечерам в квартире капитана в последние дни стали непременной частью их жизни.

– Важно, – согласился капитан, – ну и что с того?

– Это как головоломка, – сказала Элизабет. – Понимаете, что я имею ввиду?

Вначале вы складываете легкие места, например по краям, но внутри пока ещё ничего не понятно, разве что несколько небольших кусочков. И тут вы повернете такой кусочек вверх ногами – и ура, подходит! И сразу составляется вся картина.

– Хотел бы я знать, как провернуть этот фокус.

Элизабет его не слушала. Подперев кулаком подбородок, смотрела в окно на сгущавшийся сумрак этрусского вечера. Потом сказала:

– Совершенно ясно, здесь переплелись несколько разных нитей. Нам нужно проследить каждую до конца, потом заняться следующей – и так далее. В конце концов мы найдем, где они переплетаются.

– С чего, по вашему, нам начать?

– Начнем с того, что видела Тина у профессора в сейфе.

– Я толком-то не видела, – сказала Тина, – этот мерзавец Даниило Ферри пришел и захлопнул сейф у нас перед носом. Но там было золото, это я знаю точно. Ожерелье и вроде бы серьги и что-то вроде… – она провела рукой по лбу.

– Диадемы?

– Нет, больше похоже на корону. И ещё несколько шкатулок. Длинные низкие шкатулки на ножках.

– Ковчежцы?

– Да, можно сказать и так. Из полированного камня. Меркурио мне сказал, что этот камень называется, сейчас вспомню – да, алебастр. И ещё женская фигурка. В сейфе она лежала, но думаю, должна стоять. Тоже из алебастра.

– Какой величины?

Тина развела руки примерно на полметра.

– С подставкой?

– Не заметила. Сейф был открыт всего несколько секунд.

– Нужно поговорить со специалистом, – сказал капитан. – Но я знаю только одного – Роберта и тот в тюрьме Мурата.

Элизабет заметила:

– Недавно у нас обедал один англичанин, его зовут Харфилд Мосс. Если он ещё во Флоренции…

– Все ясно. – Капитан что-то пометил в блокноте. – Найти Мосса. Что дальше?

– Дальше более-менее ясно, – продолжала Элизабет. – Те двое мужчин. Коробочка, о которой говорила Аннунциата, – видимо, микрофон, который кто-то установил на кухне Зеччи. Провода от него провели куда-нибудь в комнату Диндони.

– Вам не кажется странной такая предусмотрительность? – спросил капитан, – С чего бы они рассчитывали услышать нечто для них интересное?

– Это ясно из рассказа Тины. Когда Роберт впервые пришел к её отцу, они беседовали в мастерской. И вдруг Зеччи замолчал, потому что был убежден, что Диндони подслушивает.

– Да, так оно и было, – сказала Тина. – Диндо явно подслушивал. Его свинячьи ушки просто созданы для подслушивания у замочной скважины.

– Значит единственное место, где они могли разговаривать, была кухня.

– Ладно, – кивнул капитан. – Вы меня убедили. Но так ли было важно то, что слышал Диндони?

– Он слышал разговор о том, как всё будет вечером, как Зеччи якобы пойдет к врачу, но ускользнет черным ходом, слышал, где и когда они встречаются с Робертом. Он все слышал.

Капитан задумался.

– Но зачем все это было Диндони?

– Передал все тем двум бандитам, с которыми он заодно. Кстати, что ты предприняла насчет них, Тина?

– Заявила в полицию.

– И что сказали в полиции?

– Что они будут иметь ввиду.

Капитан фыркнул.

– Не отклоняйтесь от курса, – сказал он. – Положим, что ваш Диндони слышал все, о чем шла речь, и положим, что он передал все своим громилам. И что они сделали?

Все трое уставились друг на друга.

– Хорошо, – сказала Элизабет. – Следующий фрагмент головоломки именуется Лабро.

Что он пытался продать?

– Тут разгадка полегче, если я не ошибаюсь. Милейший профессор Бронзини затеял какую-то аферу. Вероятно, уже докопался до главной гробницы и достал оттуда все ценные предметы.