Нара наклонилась и отключила запись, оставляя после себя темноту и пустоту.

Я развернулся к Грюну и…

А что сказать?

Что не уследили?

Что не сделали то, что должны были?

А он, мой друг, где был?

Вот только, выбор мы все сами делаем.

– Кай… - Сполотка протянула мне настойку аграфника. – Мир?

– Мир… - Я взял кружку и сделал глоток, удивляясь, чего это меня так сразу потянуло в сон?!

Увы, секунда-другая и аграфник снова бодрит, а по экрану рубки скользит беспилотный дрон-скринсейвер…

– Пойду, вздремну…

Ведьма было сделала шаг за мной, но…

И аграф, и сполотка молчком поймали ее за руки и придержали, понимая, что вот сейчас меня лучше не трогать!

И даже не разговаривать.

И уж точно – не жалеть!

Пройдя в шлюз, «зациклил» Тупарю картинку с наблюдения и, натянув скафандр и оставив на его месте кружку, вышел наружу.

Отошел в сторону и завалился на теплую броню корабля, любуясь тьмой вокруг меня.

Мы все делаем выбор.

Просто, он не всегда правильный.

Звезды крутились, давили на грудь, словно живые колонны, а потом разбегались в стороны, открывая иные красоты, от которых тоже горело в груди.

«В книгах с крутым названием,

Лечат тоску – изгнанием,

А на черта мне изнание,

Я и здесь впотьмах?!»

Вспомнились ведь, «Транзитные пассажиры»!

Корабль сделал полоборот вокруг своей оси и я уставился на планету.

Интересно, как быстро сполоты и аграфы узнают, что вся эта планета не заповедник уникальных артефактов, а огромный театр?

«Рассказать им, что ли?»

Я усмехнулся.

К сожалению, вслух, нарушив очарование бесконечного падения, пустоты и одиночества среди толпы.

Надо возвращаться.

Переваливаясь с боку на бок, как пингвин, вернулся в шлюз, поменял скафандр на остывшую кружку аграфника, так и стоящую в нише, потопал в кают-компанию.

Жизнь продолжается, господа присяжные представители!

Достав из пищемата поднос с едой, устроился в уголке, искренне надеясь, что все заняты своим делом и у меня есть еще хоть пара часов, чтобы…

Пожрать спокойно, в конце концов!

– Так и знал, что ты пузо набиваешь! – Грюн тоже наковырял себе вкусняшек и устроился напротив. – Чем думаешь заняться? А то, давай ко мне, милости прошу! С принцессой, конечно, вы повздорите, но она сама виновата, так что ты на нее не обращай внимание, главное, не проболтайся, что знаешь синдарин в совершенстве, а то ее порвет!

Грюн явно заговаривал мне сейчас зубы, заодно проверяя, не тронулся ли шариками я.

Ну, если только слегка…

– Или, давай сперва к Мие закатимся! Она теперь такая аппетитная дама, энергичная и, кстати, очень богатая!

– Слушай… А «Ипохондру» не продали? – Я «вынырнул» из прошлого вспомнив этот кораблик. – Там же, вроде как, дел-то было на пять дней?

– Цела твоя «Ипохондра»… - Грюн, «поймав контакт», широко улыбнулся. – Тьма ее до ума довела, но летать на ней некому – кто-то ведь так генераторы прокола и не установил… Так что, Мия «Ипохондру» себе на парковку забрала, а Тьма раз в полгода облет делает, да вот, недавно, сменила на крейсере маскировку… За свой счет, между прочим!

– Замужем?

– Тьма-то? Да, замужем, уже двое мелких! – Грюн реально изменился со своим браком и многоженством!

– Это хорошо… - Я шмыгнул носом. – Тогда, давай к Мии. Только заскочим, должок надо отдать, да генераторы прихватить.

– О, Тьма будет счастлива! А тебе, кстати… - Аграф протянул узкий пенал с десятком баз. – Понадобятся. Тут и события за семь лет, и обновления, а то бедная капсула до сих пор считает себя изнасилованной, после твоего вторжения!

– Я обязательно к ней зайду и извинюсь. – Вежливо улыбнулся я. – А потом, нахрен, отформатирую! И еще раз извинюсь! Тоже мне – девица, блин! Нахрена совать искины с личностями в такую мелочевку?!

– Не надо ее форматировать! – Влетела запыхавшаясь Третья Косичка. – Тупарь! Доступ медкапсуле к разговорам экипажа запретить!

– Да вы вобще офигели! – Я схватился за голову. – У вас что, каждый тостер теперь доступ к системам наблюдения имеет?!

– Нет. Только Далия… - Сполотка потупилась. – Оболочка стала резко деградировать и, не успели мы и глазами хлопнуть, как искин медкапсулы решил скопировать сознание пациента, признаного важным…

Я спрятал лицо в ладонях.

– Грюн… Я же тебе доступ к Кладбищу дал! – Я вздохнул. – Даже на пальцах все объяснил!