И все же ее нужно было прожить.

Марс прекрасно понимал, что вместе с богатством и властью приходят те, кто стремится их отнять. Он слышал, как кто-то лаконично выразился: E quello che e[34].

Он встал с кровати.

Свобода? Избавление от этой душевной пытки вечного страха?

Венера сказала: «Безопасность нам может дать только зеркало».

Солнечный свет жег Марсу глаза. Теперь он должен был одеться и попросить Эдетту собрать его вещи, потому что им с сестрой предстояло путешествие.

Глава тринадцатая

Волк, который ходит на двух ногах.

Это была вторая мысль, пришедшая Мэтью в голову, когда он проснулся. Первой была мысль о том, чтобы найти место в лесу и справить малую нужду.

Прислонившись к дереву и уйдя подальше от группы — особенно от Камиллы — и почувствовав облегчение после вчерашнего эля, он вспомнил еще одно существо, с которым столкнулся во время своего путешествия по Реке Духов в колонии Каролина в погоне за убийцей[35]. Его называли «Плачущий Дух» и описывали, как пуму, которая ходит на двух ногах. На самом деле это была пума, изуродованная лесным пожаром на болотах. У нее были повреждены лапы, и в своей агонии она и вправду иногда выпрямлялась. Но чтобы так делал волк?

Тем не менее, именно это вспоминал несчастный, которому отрезали руки и вырвали язык. Профессор предположил, что этот человек предал свою организацию. Точнее, не просто предположил, а знал это наверняка, потому что ему были знакомы эти методы.

Мэтью застегнул брюки и еще несколько секунд постоял в раздумьях.

Вернувшись к группе, он заметил озадаченное выражение на лице Хадсона. Обыкновенно он мог задать нарочито озабоченный вопрос: «Все прошло хорошо?», однако в присутствии Камиллы Хадсон изо всех сил старался быть джентльменом, поэтому ничего не сказал. В любом случае, всем членам группы, включая леди, предстояло посетить лес, прежде чем отправиться в Паппано.

Перед тем, как провалиться в сон прошлой ночью, Мэтью заметил, как Камилла, сидящая у костра, достала книгу из небольшого кожаного саквояжа. Мэтью слишком хотел спать, поэтому не мог долго наблюдать за ней, но видел, как она с явным интересом останавливается на некоторых страницах… уже не в первый раз. Он снова задумался, чего испанцы хотели от книги. Разумеется, вся эта история с тем, чтобы спрятать ее и зеркало подальше от всего мира, была ложью. Чего они хотели на самом деле? И почему отправили на это задание именно Камиллу Эспазиель?

Он вспомнил краткие обрывки ее истории. Преподавательница языков в университете превратилась в охотницу на ведьм, как ее дед и ее отец. Что в ней было такого, раз высокопоставленные испанцы сочли ее способной раздобыть зеркало и привезти его им? Нет, она, несомненно, была сильной личностью и казалась очень умной, но у Мэтью было четкое ощущение, что здесь что-то не так. И он был полон решимости выяснить, что именно, пусть это и могло отнять много времени и потребовать деликатного подхода.

Было и еще кое-что, что занимало Мэтью. Несколько раз он замечал, как Камилла пристально смотрит на Хадсона, однако быстро отводит взгляд. Влечение точно было взаимным. Хадсон старательно приводил себя в порядок и стремился избавиться от мучительных воспоминаний прошлого. Было ли дело только в Камилле? Или в чем-то еще?

Мэтью и здесь хотелось узнать как можно больше, но он считал это щекотливой темой.

Этим утром небо затянули плотные серые тучи. Сильный ветер раскачивал верхушки сосен. Мэтью чувствовал в воздухе запах сырости.

Члены поисковой группы подготовили еду и воду, свернули спальные мешки, запрягли лошадей и тронулись в путь.

Андрадо снова сидел на козлах первой повозки, а один из солдат — тот самый, который прошлой ночью напился, но уже пришел в себя, — сидел на козлах второй. Профессор Фэлл расположился рядом с испанцем, и группа была готова продолжать путь. Они двигались по козьей тропе около десяти минут, когда Хадсон спросил Камилу:

— Вам известно, кто может за нами следить?

— Нет. Если за нами и вправду следят.

— Это могут быть просто путники, которые идут в том же направлении, — предположил Мэтью.

— Возможно, — сказал Хадсон. — Кто еще знает об этом зеркале?

Камилла покачала головой.

— Понятия не имею.

— А как насчет того виноторговца, к которому вы ходили? Спагетти.

— Менегетти, — поправил Мэтью.

— Неважно. Вы ведь спросили, известно ли ему имя Бразио Валериани, верно?

Камилла наградила его весьма придирчивым взглядом.

— Хадсон, мы не идиоты, — сказал Мэтью.