– Да, это пласстины нашшей работы! Я не сспутаю её сс работой знорков, даже очень исскуссных! – двое ящеров уже обсуждали доспехи Речника, и он подошёл к ним и сел рядом. Он рассказал о том, кто сделал эту броню, и о том, что стряслось с его кузницей. Алдеры окружили его, расспрашивая об Энергине и подземных кузнецах, и о Волне, и о чудовищном Старом Оружии, о котором уже второй год рассказывают небылицы по всей Кецани… Фрисс не заметил, кто подливал брагу в его рог, но она не иссякала. Кто-то позвал Речника в пляс, цепочки танцоров, прыгающих на месте и размахивающих хвостами, протянулись по залу, потом смешались в одну длинную цепь, скользящую вокруг столов и перепрыгивающую через хвосты драконов. В последнем прыжке Речник зацепился за странный барабан из груды костей и чуть не упал, но двое барабанщиков подхватили его и оттащили к стене. Он благодарно кивнул и тут же провалился в какую-то очень глубокую яму, наполненную разноцветными искрами, нескладным пением и перестуком погремушек.

Он очнулся в прохладном полумраке, на циновке, расстеленой у стола, и на столе его ждала чаша с разбавленной брагой и миска жирного густого варева, в котором плавало несколько фиников и пара ягод Сафлы. Вокруг бродили, говорили и смеялись ящеры, кто-то, как и Фрисс, выползал из-под стола, кто-то напевал вполголоса что-то незнакомое. Посреди зала янтарными холмами лежали сонные драконы, Клоа устали летать и вернулись на стены. Фрисс оторвался от быстро опустевшей миски и нетронутой чаши и с тревогой огляделся по сторонам – куда пропал Некромант?

Нецис сидел неподалёку, в окружении иприлоров, и говорил с ними вполголоса, изредка оглядываясь на Речника. Увидев, что тот очнулся, Некромант слабо усмехнулся, кивнул на прощание собеседникам и подошёл к Фриссу.

– Ну как ты, Фриссгейн? Спи спокойно дальше, ещё только полдень. Местную брагу настаивают на драконьем цвете, вкус приятный, но быстро валит с ног. Не беспокойся, пировать будут до самого утра. Гелин дремлет, он заснул только что.

Взгляд Некроманта был ясным и прозрачным, как речная вода, как будто маг вовсе не прикасался к браге. Фрисс помотал головой, отгоняя искрящееся марево, и с удивлением уставился на мага.

– Нецис, постой. Так что, уже миновала ночь?

– В Мекьо пиры долгие, - усмехнулся Нецис. – Вижу, тебе хорошо. Пусть остаток дня пройдёт столь же весело, а я отлучусь ненадолго – нашлось задание…

Речник удивлённо моргнул. Марево развеялось окончательно. Он придержал мага за плечо

– Погоди. Какое задание? Так тебя с умыслом позвали на пир?

Нецис тихо вздохнул и покачал головой.

– Чего ещё было ждать?! Да, я был нужен Метхалфу и всем солеварам, и Метхалф согласился терпеть меня на пиру, лишь бы его дело было сделано.

– Нециссс, ты думаешшь так напрасссно, - иприлор, опустившийся рядом со странниками, был немного смущён. – Мы надеемсся на твою помощь, это верно, но мы всссегда рады тебе в Мекьо, и вссегда мы приглашшали тебя…

– Конечно, ведь нежить лезет в соляные копи не первый год и даже не первый век, - нахмурился Некромант. – Разумеется, вы рады тому, кто согласен разогнать её. А ведь драконы ещё здесь! Снова я предлагаю то, что предлагал уже: соберите отряд, вынесите все останки из могильников, всё, что там гниёт и притягивает Квайю, сложите для них погребальный костёр и очистите копи навсегда. Ну?!

Иприлор медленно покачал головой.

– Просссти, Нециссс. Мы уважаем тебя, мы тебя ссслушшаем, но мы не притронемссся к коссстям в логове Уйраксссота. Никто не сссогласситсся идти туда. Мы просссим тебя о защите от мертвецов, проникающих в копи, и мы готовы заплатить тебе пятьдесссят золотых зиланов…

– Не бойся, Метхалф, нежить я отгоню, - проворчал Некромант, стряхивая с плеча руку Речника и поднимаясь на ноги. – Ночлег, еда и купальня для меня и моих друзей в плату не входят. Когда я вернусь, то пойду в свою обычную комнату, и пусть она будет готова к тому времени!

– Не сссомневайссся, - кивнул иприлор. Фрисс рывком поднялся на ноги и снова схватил Некроманта за плечи.

– Я иду с тобой, Нецис. Не знаю, сколько там нежити, но вдвоём мы справимся быстрее.

Глаза мага медленно расширились. Он глядел на Речника в упор, будто пытался прочесть его мысли.

– Ты идёшь… со мной… в логово Уйраксота? – медленно, с трудом подбирая слова, проговорил он. – Зачем?!

– Чтобы ты не был там один, - усмехнулся Фрисс и прошептал еле слышно, глядя Некроманту в глаза:

– Во имя Аойгена…

Нецис судорожно сглотнул и кивнул головой.

– Ладно, Фрисс. Спасибо тебе…

…Южный ветер заунывно свистел над каменистым плато, заметая песком жухлую поросль гезы, пару мёртвых на вид кустов джузгуна и десятки чернеющих провалов – ходов, уводящих под пустыню, к древним соляным копям. Жизнь кипела здесь не так давно – ветер ещё не успел растрепать навесы, лиственные крыши дозорных башен, не занёс ещё пылью тележки, брошенные у выхода. Сейчас на руднике было пусто, и предупреждающий знак висел у входа, загороженного соломинами крест-накрест. Нецис аккуратно убрал заслон и поманил Речника из туннеля, плавно уходящего вниз.