— Ваше императорское высочество, разрешите задержать вас на приватный разговор? — остался в кабинете Бахметев.

— Если это не займет много времени. Внизу меня ждут журналисты.

— Постараюсь уложиться в несколько минут. Мое назначение вызывает много вопросов. И как я понимаю, главная причина в том, что я был послом в США?

— Все верно, Георгий Петрович. Складывается ситуация, когда мы сильно зависим от поставок союзников, которые выкручивают нам руки. Менять жизни солдат на оружие не в моих планах, поэтому нам нужен более вменяемый поставщик. На высоком посту вам будет легче работать с американскими политическими и деловыми кругами.

— Мы готовимся к сепаратным переговорам с Германской империей? — неожиданно спросил новый министр.

— Ни в коем случае. Германцы примут это за слабость и выкрутят нам руки, похлеще англичан с французами. В текущем и следующем году мы направим основные усилия на Кавказском фронте, где сложились для этого идеальные условия. А перед этим проведем несколько показательных наступлений на Юго-Западном фронте для отвлечения внимания противника. Надеюсь, вы понимаете, что это конфиденциальная информация?

— Полностью осознаю свою ответственность перед Российской империей и имп… и ее правителем. Сей же час подниму все свои контакты и подготовлю делегацию для отправки вместе с новым послом. Но потребуется значительное увеличение финансирования на представительские расходы. В США вопросы решаются деньгами, иногда очень большими…

Радует, что министр знает, как обстоят дела на другом континенте. На США в ближайшие годы у меня большие планы, пока они не начнут зарываться.

— Ваше императорское высочество, время, — напомнил заглянувший к нам Демьян.

— Не вижу проблем, Георгий Петрович. У нас есть определенная подушка безопасности, так что в этом плане у вас будут большие полномочия, если они принесут результат. Мы еще поговорим с вами более подробно, как вы будете готовы отчитаться за свое министерство.

После встречи с обновленным составом Совета Министров меня ожидала большая пресс-конференция с журналистами. Для этого надо было всего лишь спуститься на этаж ниже, где толпа журналистов готова была засыпать подготовленными вопросами.

— Ваше императорское высочество, что вы можете сказать о ситуации на фронте? — первым задал вопрос журналист «Армейского Вестника».

— Благодаря мужеству и стойкости военнослужащих империи основная цель сдержать удар противника нами выполняется в полной мере. Войска накапливают вооружение, запасные полки проходят дополнительное обучение в связи со спецификой новой войны. Ситуация оценивается на данный момент, как стабильная.

— А как же наступление?

— Победа любой ценой не в наших планах. Жизнь каждого солдата священна. С этого дня бездумные штыковые наступления без должной поддержки артиллерий или достаточного запаса боеприпасов запрещены. Как только наша армия будет готова, мы обязательно проведем наступление.

На самом деле запрет начал действовать еще со времен, когда я был назначен представителем императора в Ставке.

— Как отреагируют на ваши слова в Париже и Лондоне? Как же извечная мечта России о захвате Проливов? — задал свой вопрос иностранный журналист.

— Это проблемы союзников, которые с момента начала Дарданелльской операции до последнего отклонялись от обсуждения статуса проливов. Интересно, не так ли? И что мы видим, после поражения под Галлиполи все резко изменилось. Так что не верьте чужим обещаниям. Российскую империю даже не удосужились предупредить про вступление Италии в войну на стороне Антанты. О чем здесь может быть речь?

Испуг в глазах иностранного журналиста. Русские мужики не хотят умирать за французов, как же так, что делать, куда бежать?

— Но как же… такое количество войн ради освобождения братьев славян и теперь бросить их? — недоуменно задал вопрос один из журналистов очередной «желтой газеты».

— Все эти войны шли за счет русского солдата. Болгария на чьей стороне? А прошло не так много времени с того момента, как наши солдаты умирали на перевалах Шипки. Тысячи наших солдат пало смертью храбрых на чужой земле ради освобождения болгар, а теперь они на одной стороне со своими угнетателями и палачами. Болгарии никогда не отмыться от позора и не побоюсь этого слова, предательства. Что касается славян. Из-за выстрела сербского националиста началась мировая бойня… Подождите, я никого не обвиняю. Войны никто не хотел, но избежать ее нельзя. Парадокс.

В зале раздались осторожные смешки. Все верно. Болгария все же приняла решение вступить в войну на стороне Центральных держав. И наши дипломаты не смогли изменить реваншистские взгляды болгарского народа.

— Нам не нужен Царьград ценой жизни наших солдат. Если Турецкая империя перестанет вырезать армянское население, передаст нам кое-какие территории и готово будет выйти из войны, нас это полностью устроит. Я не вижу причин, из-за которых мы должны воевать с турками. Насколько я знаю, количество внутренних проблем там не меньше, чем у нас. А именно решение внутренних проблем я считаю важным фактором для победы в войне. Солдаты и офицеры должны знать, за что они воюют. Один вопрос, что вы сделаете с миллионом жителей города, настроенных враждебно к России?