Не хотелось бы… На волейбол меня не тянуло.

Села и стала посматривать по сторонам, осторожно выглядывая из своего укрытия. Насколько могла понять, этот здоровяк забыл, за кем бежал, что меня совсем не удивляло. Улыбнулась и поднялась, как вдруг поняла по запаху, что зря. Позади меня стоял кто-то и, судя по морскому запаху геля, это был точно Громов. Пискнула и стартовала вперед, когда он перехватил рукой и потащил к стене.

– Отпусти меня! Ты чего себе позволяешь! – визжала, пытаясь освободиться. Но куда мне против него? Откормился на казенных щах. – Да я…

Громов прижал меня к стене, не радуя своими варварскими выходками, и перекрыл ход руками.

– И… зачем? – рявкнул он мне в лицо.

– Ты о чем? – невинно поинтересовалась.

– Дурой не притворяйся. Скажешь, не ты сейчас поставила пароль на мой телефон? Он был нормальный, когда я уходил.

Смотрела в его злющие глаза и поняла, что он сейчас меня прямо здесь грохнет и закопает. Прямо под окнами столовой. И буду я в палисаднике удобрять землю на радость деткам.

Нужно ослабить бдительность, немного признаться. Конкретно в этом. Прищурилась и выдала:

– Я.

– Вот невыносимая девчонка! – процедил он и тряханул меня, сильнее прижимая к стене.

– А как ты хотел? Ты ведь выставил мое фото в чате «Крутые братаны» с подписью «Опишите чучело!». И еще посмел хвалить, особенно тех, что состязались в остроумии.

– Тебя нет в этом чате. Откуда знаешь? – с возмущением спросил он.

Не сказать же ему, что я захожу под его аккаунтом. Не оценит ведь.

– А я все знаю.

– И поделом тебе! Ты подглядывала за мной и слила видео в сеть.

– Я этого не делала!

– Тебе нельзя верить. Ты лгунья!

Глаза на лоб полезли. Да как он смеет? А я, дура, еще удалила это злосчастное видео. Зря! Нужно было опубликовать видео в социальных сетях и использовать SEO-оптимизацию.

– А ты противный надутый индюк! – от обиды закричала я. – Не знаешь правды, а веришь всему, что твой недалекий мозг принимает.

Громила снова тряханул меня за плечи и выдал:

– Хочешь проблем? Я тебе их устрою.

– Ты мне?! И что, мозгов хватит?

– Ах, так… – Громов довольно прищурился и, крутанув меня, прижал спиной к своей груди, закрывая рукой рот. Не обращая внимания на мое яростное сопротивление, он потащил меня куда-то в сторону.

Когда поняла, что мы направляемся в подвал, я принялась усиленно сопротивляться. И уже у двери, которую он открывал одной рукой, умудрилась три раза пнуть его. Но Громову было все ни по чем, и он усердно продолжал заниматься своим делом, при этом удерживая меня рукой. Но вот запихнуть у него не получилось, так как я в него вцепилась как клещ.

Не задумываясь, поставила парню подножку, о чем сильно пожалела, так как мы оба упали куда-то вниз. Как оказалось, на грязный бетон. Замечу, что я особо не ударилась, так как мою голову защищали руки парня. Но он так сильно сжал меня в своем захвате, что стало невозможно дышать.

И еще горячий, как печка.

Толкнула его кулаками в грудь и возмущенно просипела:

– Ты меня сейчас задушишь… – и уже громче: – Медведь!

Последнее слово оказалось волшебным. Громов сразу отпустил меня.

Поднялась с бетона и стала поправлять одежду. Руку немного поцарапала, а так без последствий.

Вдруг в голову пришла отличная мысль. Прямо-таки гениальная! Коварно улыбнулась и, не теряя времени, бросилась к двери, чтобы закрыть Громова здесь. Почему нет? Заслужил!

Почти добежала, когда дверь резко закрылась перед моим носом. С грохотом, погружая подвал в темноту.

– Что за фигня? – возмущенно закричала и ударила по двери. – Немедленно откройте дверь!

Вдруг меня сдвинуло в сторону, на что реакция была отменная – мой крик. Такой пронзительный, что самой стало страшно.

– Не визжи! Оглохну сейчас… – буркнул Андрей и начал кулаками бить в дверь. – Откройте!

Считая, что его крики никто не услышит, я присоединилась.

– Эй! Откройте! Сейчас же!

Так дружно мы кричали примерно двадцать минут. Я даже охрипла. Понимая, что бесполезно, я плюхнулась на ступеньки и обхватила себя за плечи. Именно сейчас поняла, что здесь прохладно, а я в одной футболке. А на улице стоял прохладный май.

Места стало меньше. Громов уселся рядом, при этом злобно уставившись на меня, что чувствовала кожей. Медленно обернулась, чтобы увидеть его недовольное лицо.