«Не глупи, Мег, это не случайность, а изящный подкат. И дери тебя пяток инквизиторов, но где ты еще найдешь второго такого же парня? Хватай этого, потом разберешься с предсказаниями!» — яростно верещал внутренний голос. Но я заглушила его и заставила себя успокоиться. Назад, впрочем, тоже не отошла. На играющего Гаса можно было смотреть вечно. Он казался таким цельным и счастливым в этот момент, что я начала злиться на ведьму, покалечившую его сестру. Если бы не она, он бы и сейчас жил своей богемной жизнью, колесил по миру с концертами, а не таскался по нашей северной глуши со значком инквизитора.

— Потрясающее исполнение! – раздался рядом голос Вилмы Коллинз. – Не думала, что в нашем смазливом инквизиторе скрыты такие таланты.

— Таков наш Черный Ручей, здесь все что-то скрывают, — невпопад ответила я и поглядела на нее.

Не знаю, что за секреты были у Вилмы, но от моих слов она едва заметно дернула углом рта. Но не мне, с моим полком скелетов в шкафу, ее судить. Сейчас я просто злилась за то, что она украла один из лучших эпизодов моей ведьминской жизни.

Вилма и сама поняла это, потому как замолчала, сосредоточившись на Гасе, и даже постукивала носком туфли в такт музыке. Заговорила она только тогда, когда он заиграл уже другую песню, более подходящую виолончели, но уже не «мою».

— Знаешь, Хьюго много о тебе говорит в последнее время.

После этого она ненавязчиво взяла меня за руку и повлекла за собой, по кромке толпы, а затем в сторону от площади. Пихаться с мэром на глазах у горожан я не стала, хотя всем сердцем хотела дослушать песню.

— Да ну? – удивилась я, когда мы с ней уже двигались по торговым рядам, все сильнее удаляясь от музыкантов.

— Не смотри на его внешность, — грустно улыбнулась Вилма, — в душе он все тот же милый мальчишка, с которым вы вместе играли в прятки и пускали бумажные самолетики. И его чувства к тебе…

— Ой хватит, — отрезала я и резко застыла на месте. – Да вы лично отрубите мне руку, если Хью вздумает ее попросить. И другие части — ему, если они начнут реагировать на ведьму Мункасл. Такая подружка Хьюго точно не нужна, это всем известно. И я не даю ему никаких поводов, поэтому не понимаю, к чему этот разговор.

Вилма поджала губы, покрутила кольцо на пальце и, успокоившись, продолжила:

— У меня нет никого, кроме Хьюго, и если его интерес окажется серьезным, я не стану ему мешать. Но это не значит, что я не тревожусь. Он не застал разлом, а я помню все то, на что ты способна.

— На этот счет вам точно не стоит тревожиться, — отрезала я. – Я не стану вредить вам или Хьюго.

— Пообещай! – внезапно выпалила она и схватила меня за руку. При этом в ее глазах мелькнул такой тревожный огонек, что и меня пробрало. Кажется, Вилма действительно боится за сына. Хотя нападать на ее «малыша» я точно не собиралась.

— Обещаю не причинять вреда Вилме или Хьюго Коллинзам, не использовать против них чары и не делать так, чтобы они опосредованно нанесли им вред, — магия закружилась вокруг едва заметным облачком и осела искрами, давая знак, что мои слова услышаны.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Вилма. – Ты не представляешь, сколько это для меня значит!

Гас договорился с музыкантами на три песни, в результате исполнил все пять. Мелодия будто сама собой рождалась под его пальцами, а веселые ребята из оркестра тут же подхватывали ее, дополняли и раскрашивали.

Летели деньги, но Гаспар старался точно не ради них. Скорее – ради одной ведьмы, стоявшей в первом ряду. Краем глаза он видел, как Мег уходила, потом вернулась, с трудом отвоевав себе прежнее место.

В конце она даже похлопала и бросила пару фенсов в чехол, что при ее трепетном отношении к деньгам служило высшим признанием его таланта. Гаспар тем временем распрощался с музыкантами, вернул им виолончель и подошел к Мег.

Она вся буквально светилась от счастья, даже щеки покрылись румянцем, при этом смотрела только на него. Стоявший буквально в нескольких шагах Хьюго только сжимал кулаки от злости и дергал верхней губой, точно охваченный тиком, но не удостоился даже кивка от ведьмы.

Больше всего сейчас Гасу хотелось поцеловать Мег. Но риск снова получить пощечину и тем обрадовать Коллинза был слишком велик, поэтому он просто наклонился к самому уху Мег и прошептал:

— Ну что, мы закрыли вопрос с виолончелью?

— Да, — она тоже шепнула ему почти в ухо. – Но я все равно планирую называть тебя арфистом примерно вечность.

— Идет, — согласился Гас.

Сейчас ему в самом деле было плевать на это, как и на их прошлые отношения с Хьюго. Что бы там ни было, сейчас именно Гас стоял рядом с Мег и шептал ей на ухо. А ведьма смотрела на него в ответ и искренне улыбалась.