Спустившись порядка километра вглубь литосферной плиты, четверо подземных жителей привезли под купол первых за 16 лет гостей. Из первых пришельцев с поверхности в большом грузовом лифте, рассчитанном на подъем 5 тонн веса, под землю опустились капитан Смирнова, разнорабочий Столбов и малец Андрейка.

Лица юного паранорма не покидала лучезарная улыбка. Он не только согласился на разного рода тесты с подземными учеными, но и обещал хорошо себя везти в обмен на то, что взрослые дяди обещали с ним поиграть, уделяя много внимания и показывая новые технические игрушки. Столбову повезло – он умирал от радиационной болезни. Сказались последствия близкого контакта с облученным Добрыней.

Встреча гостей с поверхности у принимающего лифта произошла прямо в кабинете Поверенного[3] подземного города «Москва Сити» Карлова. Она была короткой: гостям требовалась медицинская помощь. Никто из пришельцев даже не успел спросить, почему единственный вход-выход на поверхность находится именно в мэрии города, как всех разобрали медицинские службы.

«Власть и рычаги управления всегда где-то рядом», – Точно знал Зиновий.

Сам Карлов четвёртый день руководил расчисткой города. Малочисленным культистам в количестве неполных двух с половиной тысяч человек досталось в наследие от чипированных «господ» ситуация, близкая к эпидемии. Порядка 20 тысяч тел в природном тепле подземелья грозили быстрым разложением. Мощные вентиляционные системы работали в полную силу, но по-настоящему прохладные помещения с кондиционерами могли предоставить только научные и медицинские центры. Хуже того, за дело брались микроорганизмы и глубинные черви, которые быстро проявляли себя там, где поверхность не была укатана в асфальт, бетон и пластик. Подобные помещения были на нижних уровнях купола – в катакомбах, где как раз и проживала основная масса населения.

Подземные жители, которые оказались в домах в момент сожжения мозга верховным ИИ, оказались запертыми в собственных квартирах. Поисковым отрядам приходилось вскрывать двери, просто проверяя, есть ли там тело или нет. Удалённо определить это было нельзя, так как прошлое правительство не видело необходимости внедрять камеры в квартиры. С ролью «незримых наблюдателей» успешно справлялись чипы, передавая всю необходимую информацию сразу от 5 органов чувств пользователя прямо на подземные сервера в дата-центр, который стоял посреди купола и знал всё и про всех, выдавая мониторинг по запросу.

Сколько уйдет времени на зачистку тысяч строений с сотнями квартир в каждом здании, Карлов боялся даже подумать. Поверенный с ходу смог отправить на нужды имплантации лишь 500 тел. Еще сотня тел представителей Палатенной Сотни[4] ушла на мыловарение. Создавать мыло из жира прочих жителей новый мэр не решился. К рядовым жителям подземного мегаполиса у культистов претензий не было.

Одна проблема плодила за собой другую. Медицинские отсеки быстро переполнились донорской кровью и органами. Куда девать остальные тела, новый глава города понятия не имел. Мощностей единственного под куполом крематория явно не хватало для работы без последствий для окружающей среды. Искусственная экосистема была на грани катастрофы. Выходило, что Москва Сити должна выбирать из двух зол меньшее: экологическая катастрофа с одной стороны, либо эпидемия с другой.

Не лучшее начало первых дней правления для Поверенного.

Зиновий с дороги тоже не стал углубляться в слова Карлова. Своих личных дел было вихрастому предводителю по горло. Друзья, отправляясь в путешествие пару дней назад, даже не успели попрощаться с близкими. Все время после пробуждения ушло на транспортировку и сборку планеров на поверхности. Теперь каждому приятелю требовалась пауза, чтобы осмыслить потери и позаботиться о достойных проводах для родных и близких. Так что Зёма отпустил ребят по домам, чтобы разобраться с собственными заботами.

Паранорма Андрейку ещё у лифта взяли в оборот немногочисленные учёные культистов. Развитие сверхспособностей в необычных условиях интересовало их вплоть до его генетического кода. Иваном Столбовым волей Поверенного занялись радиологи из восстановительного центра. Оба типа специалистов занимались наукой ещё до того, как лишились чипов и теперь спешно восстанавливали пробелы в познаниях, занявшись самообразованием в компьютерных классах. Данных за 10 лет накопилось предостаточно.

Своей боевой подругой Еленой Зиновий решил заняться сам. Он не считал, что культисты, долгую часть жизни лишённые данных Инфосети по причине отсутствия чипов, знают о передовой медицине и технологиях больше, чем он, прошедший Школу Ускоренного Развития и курсы общих знаний перед выбором профессии хирурга-окулиста. 3–4 дня им явно не достаточно, чтобы вспомнить прошлое и постичь новое. Медицина для культистов десятки лет была под запретом. Исключения в обучении для подобных субъектов чипированные господа делали лишь в обучении на открытых вакансиях: для патологоанатомов. Потому Карлов и решился первым делом набрать органов в фонд будущих поколений, чтобы лаборатории не тратили мощности на взращивание искусственных органов в дальнейшем. Мощности сборочных заводов в любой момент могли понадобиться для чего угодно. На поверхности нуждались во всём, начиная от аптечек до костюмов полной радиационной защиты.

К тому же Зёма просто не мог допустить, чтобы кто-то другой касался его избранницы.

Дорога до медицинского центра для молодого адмирала с подругой оказалась необычайно короткой. Массивное строение располагалось с обратной стороны площади от мэрии города. По пути Зиновий успел лишь с тоской посмотреть на опустевший стенд с цифрой «0» на табло. Ещё месяц назад дисплей отображал 22574 жизней, фиксируемых чипами. ИИ упускал из внимания лишь культистов, не считая их людьми.

«И вот выжили лишь культисты и четверо господ, временно лишённых тел», – промелькнуло в голове Зиновия.

Ниже на том же табло отображался 5870-ой день жизни под Куполом, 23:47 местного времени, приемлемый уровень кислорода, температура окружающей среды в +25 С, 89 % уровень заряда в энергоколлекторах города и приторное пожелание достойно трудиться ради общего блага Москва-Сити.

Как приметил Зёма, за 2 дня отряды местной самообороны успели убрать все тела с площади. Теперь она выглядела пустой и мёртвой. Искусственная трава едва-едва подсвечивалась подсветкой. Тому было простое объяснение – был активирован «ночной режим». Подобный режим энергосбережения накапливал энергию от тепла земли в энергоколлекторы города с запасом «ночью», чтобы можно было тратить больше в «дневное время» суток. Сама смена дня и ночи был лишь условностью, к которой привыкли люди, не желающие сбивать биологических часов даже при отсутствии солнца. Именно в дневное время ещё четыре дня назад достойно работали и учились люди, а так же занимались производственной деятельностью заводы, создавая основную нагрузку на энергосети.