Шрифт:
Однако как только я открываю дверь и выхожу в коридор, то чувствую, как меня хватают, а следом раздается шепот на ухо:
– Ну, вот ты и попалась, сладкая…
4 Алина
Я даже не думаю – дергаюсь, и использую то, что когда-то видела в одном ролике по самообороне. Напавший однозначно сильнее меня. Но эффект неожиданности играет на моей стороне – удается наступить на ногу тому, кто сзади.
– Совсем обалдела! – возмущается мужик. Отпускает меня, я отскакиваю в сторону, судорожно оглядываясь в поисках того, чем защититься. – Ты кто?
– Что?
– Ты кто, спрашиваю? – рявкает незнакомец, глядя на меня обалдевшим взглядом.
– Алина…
– А Лида где? – подозрительно спрашивает он, поглядывая в сторону двери.
– Кто?
– Лида, спрашиваю, где? Ты чего в ее комнате трешься?
Как только я понимаю, что произошла банальная путаница, леденящий страх отступает, и я немного успокаиваюсь.
– Я не знаю, кто это. Меня привели вчера в эту спальню вечером и поселили сюда.
Тут открывается дверь рядом, и в коридор выглядывает девушка.
– Вы чего тут разорались? – недовольно спрашивает она.
– Ленка, где Лида? – спрашивает тот, что меня бесцеремонно облапал.
А я, уже окончательно успокоившись, соображаю, что это и есть та самая Лена, к которой меня послали.
– Так все, Кирюша, тютю твоя Лида. Нашла себе вариант поинтереснее, – нараспев отвечает девушка.
Кирилл матерится, а потом, развернувшись, уходит.
– А ты кто еще? – спрашивает между тем Лена, придирчиво разглядывая меня.
– Новенькая. Меня Валентина к тебе отправила. Сказала взять форму.
– Ну, если Валентина… – она снова растягивает слова. – Иди. Выдам тебе комплект.
Захожу к ней в комнату, которая оказывается практически копией “моей”.
Лена роется в шкафу, а я оглядываюсь по сторонам.
– И надолго ты к нам? – спрашивает она между делом.
– Надеюсь, нет, – вздыхаю.
Девушка замирает, оборачивается ко мне и насмешливо фыркает:
– Надеешься быстро найти себе покровителя? Так это вряд ли.
– Что? Вообще-то я тут не по своей воле, – качаю головой.
– То есть как?
– Ну… На меня повесили долг, и теперь мне придется его отрабатывать.
Лена недоверчиво смотрит на меня, наконец, достает стопку одежды и отдает мне.
– И кто же привел тебя? Марк?
– Марк, – киваю. – Но… Но потому что ему приказал этот самый главный. Сергей Александрович.
Говорю, а у самой сразу мурашки по коже просто от одного его имени. Лена же опасно прищуривается.
– Север? – уточняет Лена, а я снова киваю. – Надо же, а зачем?
– Сказал, что я должна много денег, и поэтому буду отрабатывать. Заявился с утра пораньше, напугал, – ежусь от воспоминаний, как проснулась под взглядом Севера.
– То есть ты на него нацелилась? – чуть ли не ревниво спрашивает она.
– Да нет же! Я хочу домой, но … Это все ошибка, а он не хочет меня слушать и обвинил в том, что я разбила его яхту.
Лена округляет глаза.
– Чего ты сделала? Яхту? Ту самую?
– Что значит – ту самую? – спрашиваю упавшим голосом. Обычно так говорят про очень-очень важные вещи. Конечно, понятно и так, что яхта – это даже не машина. Но все-таки…
– Ты что, не в курсе, кто такой Север?
– Да откуда мне знать? – возмущаюсь. – Я его в первый раз вчера увидела!
Лена недоверчиво смотрит на меня.
– Не местная, что ли?
– Нет. Приехала учиться.
– Вот оно что… И как? Многому научилась? – в ее голосе отчетливо слышна насмешка, и я, прижав к себе одежду, разворачиваюсь к двери.
– Да ладно, стой! – говорит Лена тут же. – Что, обиделась?
– Мне надо переодеться и пойти к Валентине.
– И что, ты правда думаешь, что сможешь отработать такой долг просто горничной?
Этот вопрос мучает и меня. Но ответа нет. Точнее, есть подозрения, и мне они не нравятся. Так что я просто пожимаю плечами.
– Я уже пыталась донести этому вашему Северу, что меня подставили. Но он слишком упрямый и безразличный.
Лена фыркает.
– Неужели ты реально про него совсем ничего не слышала? И то, что он, по сути, хозяин города? И что весь порт принадлежит ему одному?
Снова жму плечами. Может, что-то такое и было. Конечно, девчонки в университете болтали разное. Но я не особенно обращала внимания. В отличие от многих, я студентка на дотации. И если я не буду хорошо сдавать сессию, то меня отчислят. А платить за мое обучение попросту некому – мать давно уже не интересуется моей жизнью, предпочитая этому компанию собутыльников.