Поняла, что он никогда со мной не спорил не потому, что уважал мое мнение, а потому, что ему был не интересен предмет спора. Это, как с родителями: им плевать в блокноте ты рисуешь или в альбоме, но они даже слушать твои аргументы не станут, если ты решишь спрыгнуть с моста. В первой случае спокойно дадут тебе то, что ты просишь, а во втором хмуро пристегнут наручниками к батарее. Нет, родители не пристегивают? А вот Харон вполне способен так сделать, если посчитает нужным. Поняла, что он ни в чем мне не откажет до тех пор, пока это не пойдет вразрез с его желаниями. Желаниями, которых до неприличия мало. Закопать труп? Хорошо, Настя. Отвести детей в школу? Хорошо, Настя. Принести гору посуды с рынка? Вообще не проблема. Спать в гостиной? Нет, не слышал. Он явно справился с магией ошейника, но почему-то все равно остается со мной, сохраняя видимость отношений раб-хозяйка.

– Все уже хорошо.
– тихо сказала я, осторожно погладив его по спине. Я сейчас словно сапер, пытаюсь сделать хоть что-то, что бы разрядить обстановку. А в таких ситуациях нет ничего лучше, чем задать вопрос не в тему. Кстати, знаете, кто тут мастер вопросов не в тему? Сейчас покажу.
– Тебе ошейник не натирает?

И "оп"! Не возможно не почувствовать, как все резко поменялось. Я не вижу его глаз, но спорить готова, что в них появилось осмысленное выражение. Да-да, друг мой. У тебя сейчас есть дела поважнее, чем отходняки после драки. Например, понять, почему ты еще здесь, если твой обман раскрыт? Почему Настя не вопит, что ее обманули, предали и использовали? Почему не хлещет тебя по щекам, обвиняя во лжи и других смертных грехах? Почему не тычет пальцем в дверь, голося: "Что бы ноги твоей здесь больше не было!"? Почему продолжает обнимать и хитро улыбаться?

– Он не выглядит удобным.
– продолжила я топить его фантазию, открыто усмехаясь.
– Нет, если тебе он нравится, то я, конечно, ничего против...

А договорить он мне не дал. Отстранившись, сделал шаг назад, и я увидела, что брюнет широко улыбается. И улыбка такая, будто он хочет сказать "Неужели ты решила сыграть в открытую? И с кем?! Со мной?! Ну что ж, рискни, малышка.". Не спуская с меня глаз, он медленно поднял руку и легким движением длинных пальцев раскрыл замок. С тихим щелчком рабский ошейник раскрылся, как простая безделушка, которая не имеет никакой силы и значения.

А теперь, внимание, вопрос! Был ли он настоящим изначально? Или мой раб никогда и не был рабом? Я не свожу взгляда с его карих глаз. Я хочу видеть его эмоции, когда он поймет окончательно, что для меня не секрет его хитрость. Именно хитрость, потому что за ложь я это не воспринимаю. И я не скрываю насмешки, когда полоска магический ткани остается в его руке бесполезной тряпкой. Тряпкой, за которой больше ни он ни я прятаться не сможем.

И вот Он! Тот самый Момент, который мы с ним ждали с той самой первой секунды, как увидели друг друга на рабском рынке. Момент, когда никого из нас больше не сковывают обстоятельства, когда значение имеют только наши тайные желания. Желания, в которых раньше мы себе не признавались, но которые прямо сейчас станут ясны обоим. Выгоню? Уйдет?

– Пойду яму докопаю. - все так же лукаво улыбаясь, сказал он.

– Пойду лопаты поищу.
– в тон ему отозвалась я.

И мы разошлись в разные стороны. Вот так, и закрыли тему. Что обсуждать, если и так все ясно? Не выгоню. Не уйдет. А других вопросов здесь и нет. Мне нравится с ним жить. Ему нравится жить со мной. Нам интересно вместе. У нас разные характеры, но нас все устраивает. Он не полезет на мою территорию принципов. Я не встану у него на дороге. И пока другие люди ругаются из-за сложных жизненных ситуаций, мы копаем этим ситуациям яму. Его руками и моими лопатами. И пусть я не уверена до конца в причинах, побудивших его остаться в моем доме, но не уверена я и в своих мотивах.

Люди, они как реактивы. Мы помещаем их в одну среду, смешиваем и наблюдаем за реакцией.

И иногда добавляем катализаторы.

А впереди у меня первый рабочий день и сватовство.

Пока дети доводили до нервного срыва соседскую собаку размером с зимний сапог, а Харон готовил радушный прием для ожидаемых нами гостей, я пошла в магазин, открыла обе двери и села ждать посетителей. Те не торопились выстраиваться в очередь за зельями и талисманами, так что спустя пятнадцать минут чинного сиденья на стульчике продавца, я ощутила непреодолимое желание заняться экспериментами.

Дар позволял мне создавать из воздуха любой предмет, так что за оборудованием и реактивами топать не пришлось. Правда, когда я попыталась создать пылесос, то ничего путного у меня не вышло. Оказалось, что для создания рабочего механизма я должна знать досконально его строение и принцип работы, а я вообще-то химик, а не инженер. Ну и фиг с ним. Сдув с лица черную прядь волос, я щелчком пальцев развеяла всю пыль и мусор в помещении, мстительно причислив к хламу и кусок пластика в виде пылесоса. Я круче пылесоса, ясно?

Итак, наколдовав себе всю необходимую посуду и коробочки с реактивами, я принялась экспериментировать, и... очень быстро соскучилась. Ну какое может быть баловство, когда у меня целый раздел алхимии не изучен? И я сейчас говорю о талисманах. Все эти зелья, которые мы продаем, не вызывали у меня затруднений в приготовлении и очень быстро стали неинтересны. А вот волшебные предметы очень заинтересовали.

Так что не долго думая, я положила на стол книгу "Талисманы. Том первый" и стала ее изучать. Суть первой главы сводилась к тому, что артефакторы дремучие идиоты, а алхимики единственные ученые люди в этом мире. И это шипение гадюк занимало чуть ли не половину книги, аргументируя все тем, что нынешнее поколение артефакторов свято верит в то, что талисманы слабее амулетов и тем более артефактов, а так же что при создании талисманов невозможно угадать их итоговые свойства. Далее были приведены формулы вычисления свойств талисманов до их создания, и определение необходимых ингредиентов и их пропорций до создания изделия.