– То мы все взлетим на воздух.
– закончила я за него презентацию нового способа самоубийства и закинула в рот большую сочную виноградину. Шикарный сорт, похож на мускатный, только без косточек. Блаженство.

– Да как так, Эля?!
– психанул ученик, отшвыривая в сторону паяльник и молоток. Зачем он решил припаять молоток к ракете я до сих пор не поняла. Видимо, я не так гениальна, поэтому все еще жива.

– Как-то так, друг мой.
– философски ответила я, закинув ноги на стол и пожав плечами.

– Я всю ночь эти расчеты делал!

– Лучше бы ты спать лег. ей-богу. Ну, вот скажи мне, как ты додумался соединять чугунный молоток и ядерную ракету? Я просто не понимаю, каким путем пошла твоя логика? Зачем она туда пошла? Почему она там не погибла? Где был твой инстинкт самосохранения? И почему ты, в конце концов, не осмотрел в Астрале на свое творение? Я ведь уже сто раз говорила, что нормальному артефактору не нужны никакие учебники и расчеты. Астрал сам даст тебе всю необходимую информацию, стоит только попросить.

– Забыл.
– потупился парень, почесав затылок. Он так мило краснеет, когда ошибается, что я не сдержала смешка.

– Эля, занята?
– вошла в нашу мастерскую Таха. Бегло окинув помещение взглядом профессионального военного, она остановилась на мне и тепло улыбнулась. Да, с тех пор, как ее звери сказали, что я беременна, я у всех вызываю море умиления. Ну хоть за щечки не треплют, и на том спасибо.

– Не очень.
– честно призналась я, с тоской глядя на виноград, который уже не влезал.
– Ты просто так к нам на огонек заглянула или по делу?

– По делу, прохлаждаться нет времени.
– засунув руки в карманы, она встала возле стола и с интересом уставилась на ракету.
– Вы какого лешего мои боеприпасы таскаете?

– У нас научный эксперимент.
– проворчал Эрот, осторожно отступая от Натальи в сторону. Вообще, Стрельцова очень непредсказуемый товарищ. Может и по башке этой ракетой дать за нашу импровизацию.

– Я знала, что рано или поздно вы спятите.
– спокойно сказала она, но вот взгляд ее был совсем не добрый.
– Пожалуй, стоит поговорить с Константином. У нас в медблоке есть чудесные изоляторы.

– Эээм... Тусь, а ты так и не сказала, зачем пришла.
– я улыбнулась своей самой милой улыбкой в надежде, что она ничего не скажет тигренку, потому что его гипер-опека меня вот-вот доконает. Я говорю, что я беременна, а он ведет себя так, будто я при смерти.

– А, точно.
– вспомнила цель своего визита заместительница главнокомандующего.
– Там вызов пришел на капитанский мостик. Твой следак звонит, говорит, что это касается твоего поручения ему.

– О! Неужели он нашел алхимиков?!
– стряхнув виноград обратно в мисочку, я подскочила со стула и радостно захлопала в ладоши.

А потом как разревелась!

– Ыыыы!!!
– ревела я, утирая слезы ладошкой.

– Что такое?! Что болит?!
– тут же кинулась ко мне Таха, придерживая за плечи.

– Да ничего у нее не болит. Она стабильно раз в три часа начинает рыдать.
– отмахнулся от меня гнусный ученик. Надо было дать ему доделать его авангардистскую поделку в стиле "Взрывай-забивай", и чтоб его на ней подбросило и прихлопнуло. Предааатееель!

– Эль, тебе плохо?
– нахмурившись, уточнила Таха. Я отрицательно помотала головой, душераздирающе всхлипнув.

– Тебе грустно?
– осторожно уточнила она, и я снова отрицательно помотала головой.

– Тебе весело?
– на всякий случай спросила она, и я кивнула.

– Я тааак радааа!
– заливалась я слезами, не в силах остановиться. Гормоны на фоне беременности не просто сошли с ума. они еще и ламбаду танцуют.

– А, ну, это заметно, Эленька.
– выдавила из себя заместительница главнокомандующего, настороженно глядя на меня своими карими глазами.
– Давай мы немного позже порадуемся, а то вдруг Росс звонит, что бы сказать, что миссия невыполнима. Ага?

– Ага.
– послушно кивнула я, размазывая слезы рукавом. Истерика прошла, как и не бывало. Фух, аж полегчало.

Втроем мы отправились на капитанский мостик, где на одном из экранов отображался ожидающий моего прихода Ник. Увидев меня, он встрепенулся и заулыбался. Так, это Ник-душка, он три часа будет ходить вокруг да около, прежде чем перейдет к сути дела. И я уже научилась переключать его в режим Ника-сволочи.

– Привет, псих!
– радостно поздоровалась я, памятуя, как на него действует это прозвище. И метаморфоза произошла незамедлительно. Спустя миг на экране отображался мрачный тип с убийственным взглядом, и такими же мрачными кудряшками. Очаровательно.