Высокий, мощный, с насмешливым непреклонным взглядом он выглядит так, будто забавляется происходящим и просто облокотился на стену, а цепи на его руках — просто украшение.

— Зачем ты приковал его, Гердар? — выдыхаю я.

— Чтобы наказать, — довольно усмехается король, опуская ладони на мою обнажённую грудь, — за то, что он решился рисковать тобой.

— Ещё раз говорю, ничего Амелии не угрожало! — хмурится Киран, — пока ты не заявился!

— Ага-ага, то-то она сейчас такая вся не под угрозой смерти из-за потери магического дара, — голос Гердара сочится ехидством, — и на неё совсем-совсем не повлияло святилище. И магия у неё совершенно не утекает.

От его ласкающих рук, от того, как на это мрачно, неотрывно, жадно смотрит Киран, я замираю…

Их слова идут фоном. Я вбираю всем существом их низкие сильные голоса. Откровенные прикосновения Гердара. Нестерпимую жажду почувствовать Кирана.

Это сильнее меня. Мне нужны они оба, два короля-дракона. Их властные обжигающие руки на моей коже. Их требовательные поцелуи на моих губах.

— Гердар, услышь меня, наконец, — давит голосом Киран. — Пока я был в святилище один, всё было нормально. Но едва вошёл ты, второй дракон вот этой конкретной красной графини, наша связь под влиянием святилища расширилась и накалилась. Обряд начался стихийно, и сейчас мы ей оба нужны. Надо завершить обряд.

— Я знаю про обряд, Киран, — в голосе короля звучит горькая ирония. — Знал на что шёл, когда входил туда. Всё знал, что нас троих свяжет окончательно. Только не мог не пойти. Вы бы оба погибли, Киран. Услышь и ты меня. Если бы я не пришёл, да мои сыновья с Оливией не подтянулись, ты и Амелия были бы уже мертвы.

Гердар продолжает нежить мою голую грудь, ласкает кончиками пальцев напряжённые вершинки, и я выгибаюсь, подставляясь под его пальцы, запрокидываю голову на широкое плечо моего короля.

В голове полный туман, я слаба, покорена, всё, что мне нужно, это два моих дракона. Только они. Немедленно. Жаль, что так мало сил им это сказать.

— Вообще в моих планах было тебя наказать, брат, — усмехается Гердар, глубоко вдыхая воздух у моих волос. — Чтобы ты посмотрел на свою вожделенную в руках ненавистного брата.

— Нет, Гердар, это будет наказание для двоих, — усмехается Киран. — Ты тоже посмотришь на свою драгоценную, без которой жить уже не можешь, под своим братом, которого ненавидишь.

Из горла Гердара вырывается глухое рычание. Он собственническим жестом обхватывает меня руками, и я издаю слабый стон.

Киран дёргает цепи и рычит со злобой:

— Твоё заклинание молчания я сбросил! С оковами больше возни, ты их усилил с прошлого раза. Но я всё равно освобожусь, а время мы потеряем. Освобождай меня сейчас. Сам.

Несколько тягучих мгновений оба прожигают друг друга взглядами.

А затем король медленно поднимает руку. Лёгкое движение его длинных сильных пальцев — оковы на руках Кирана разлетаются в пыль.

Киран тут же оказывается рядом со мной. От его прикосновения к моим пальцам меня окутывает золотистым свечением, и Киран легко вынимает меня из рук короля.

— Умоляю, только не сражайтесь снова, — нахожу силы выдохнуть я.

От молчания Гердара сердце давит, я снова теряю воздух.

Всю меня охватывает мертвенная тяжесть, даже пальцем не шевельнуть, голова безвольно падает на плечо Кирана.

— Гердар, помогай! — Киран подхватывает меня на руки и укладывает на постель.

Я уплываю в темноту. Но тут же просыпаюсь от ощущения четырёх сильных рук на моём теле и треска рвущейся на мне одежды.

— Ами, не спи! — властный голос Кирана. — Не смей засыпать!

Снова темнота. И снова пробуждение. Я зажата между двумя большими рельефными мужчинами.

— Ами, сердце моё, сейчас… — горячечный шёпот Кирана на моих губах.

Гердар лежит позади меня, обнимает крепко и глубоко дышит, погрузившись лицом в мои волосы.

Могущественные потоки двух королей-драконов вливаются в меня, но я так мало могу взять…

— Ами, слушай меня, — Киран приподнимает моё лицо за подбородок, заглядывает в глаза. — Мы возьмём тебя сейчас вдвоём. Это завершит обряд и сохранит тебе жизнь.

— Хорошо, — тихо шепчу я.

Я уже чувствую эту необходимость. Сама себе не принадлежу.

К чему уже эти разговоры? Пусть уже делают со мной всё…

— Не простит она нам этого, — хриплый голос Гердара в моих волосах и его сильные руки кольцом вокруг моей талии. — Когда мы снимем проклятье, и Ами станет самой собой, будет дико зла. Скажет, что мы знали, как снять, но специально провели её по другому пути и воспользовались её слабостью.

— Так и будет, но мы с тобой это переживём, — усмехается Киран. — Главное, что Ами останется жива. И свободна от проклятья.