Лютый неприязненно посматривает на Степанова. Шаманы его вообще не интересуют.

Ректор переглядывается с инструктором, нехотя соглашается и показывает рукой на дверь свой кабинет.

Безопасник поднимается, и вместе с инструктором, уходят к Жанне Аркадьевне.

Оборачиваюсь к шаману.

— Я вас не ждал так рано, — удивляюсь. — Мне, по идее, восстанавливаться по расчётам ещё пару дней. То, что я восстановился раньше это случайность.

— Ничего, мы сейчас только договориться о сопровождении. И общей работе.

Фон показывает лёгкое пренебрежение со стороны неизвестных, интерес, недоверие.

Взглядом спрашивала о шамана. Тот ловит идею сразу же.

— Это представители круга шаманов. Вы бы сказали, тёмный и светлый. Они по-русски понимают, но практически не говорят. — Оба шамана кивают на эти слова Доржата. — Считай, что я тебе их представил. Голос тёмный, — кивает один. — И Голос светлый, — кивает второй.

— Максим, — представляюсь я.

— Они знают, — соглашается Доржат. Один из шаманов, тот, что за тёмное, говорит что-то на ухо моему знакомому. — Не могут поверить, что ты помог моим духам. Слишком молод.

— Да мне, в принципе, это безразлично. — Слегка пожимаю плечами. — Буду работать с теми, кто поверит. Общую идею, мы же с тобой нащупали. А амулеты, всё равно, служба безопасности империи обязательно у вас закажет.

— Про амулеты речи не идёт. Это уже согласовано. Десяток младших шаманов уже ждут.

— Быстро вы. — Удивляюсь. — Прошла-то пара суток.

— Это важно. Поэтому быстро. — Равнодушно отвечает шаман. — Но мы сейчас не за этим здесь.

— Так. А что ещё серьезного случилось, раз стала возможна такая спешка?

— Очень быстро выросли духи. — Спокойно говорит Доржат. — Мы такое хотим увидеть ещё раз.

— Да, я думаю, там не один раз получится посмотреть. — Соглашаюсь с любопытством пришлых. — Почему бы и нет? Только, у нас тут намечается бал. Я, скорее всего, не смогу вам помочь до его закрытия.

— Сможешь. Это уже решено. — Кивает головой Доржат. — А раз не против, то ты скоро узнаешь.

Поднимается. Кивает мне. Двое его спутников также со мной прощаются, и все просто уходят в открытую дверь. Ставить в известность руководство лицея, эти товарищи даже не утруждаются.

Я несколько удивляюсь. Ну хорошо, пусть безопасник с ними разбирается. Вообще не моя проблема. Да и в принципе, если хотят в пятно — с их тропой я буду только рад ещё раз поучаствовать. Только сейчас подготовимся получше. Всё равно, местные особо не видят того, что я делаю. Хотя, судя по Кошкину, догадываются.

Стучусь. Заглядываю к ректору, просто чтобы показать, что со мной всё в порядке. Раз Жанне Аркадьевне это оказывается важным.

Недовольными выглядят все трое разговаривающих. Но, кажется, вариантов у всех нет, приходится соглашаться друг с другом явочным порядком. Примерно так я понимаю фон внутри кабинета. Интересно, что Степанову обсуждаемое тоже не нравится.

— Ваши гости ушли. — Уточняю Степанову, и, заодно, ректору.

Степанов только вздыхает. Благодарно кивает. Оборачивается к ректору.

— Мы с вами договорились?

— Да. Мы найдём вашим людям место под проживание на несколько дней, но…

— Понимаю, мне тоже вся эта история не очень нравится. Своих дел — вагон. Но, приказ сверху.

Кажется, у руководство лицея, начинаются очень непростые дни. Хотя, ректор их, похоже, ждала.

Закрываю дверь в кабинет. Но меня приводит Степанов.

— Рысев!

Я возвращаюсь в кабинет.

— С вашего разрешения, — Степанов просит разрешение у ректора. — Я бы хотел переговорить пару минут с вашим воспитанником.

— Максим? — Уточняет ректор.

Я пожимаю плечами.

— Я не против. — Соглашаюсь.

Безопасник тут же закругляет разговор и прощается.

Выходим из административного корпуса.

— Максим, к сожалению, я вынужден вас спросить со всем вниманием отнестись к просьбе нашим гостей.

— А что так? — Спрашиваю Степанова.

— Меня об этом попросили из столицы. Если вам будет нужно все что угодно: сопровождение, транспорт, амулеты — не стесняйтесь обращаться. Не знаю, что нужно нашим гостям из Тобольска в Пятне, но мое руководство считает их просьбу приоритетной.

— Да можете не переживать, — прощаюсь с безопасником у проходной лицея. — Это в моих интересах тоже. Так что я им помогу.

— Надеюсь на вас, — говорит со вздохом Степанов, и уходит.

Наутро умудряюсь удивиться дважды еще до завтрака.