Кутень подпёр меня, я сел на землю и расслабленно откинулся на его морду. Последняя речь далась мне с трудом, и сейчас мне требовалось только одно — просто отдохнуть.

Забыв про всё на свете, я прикрыл глаза и настроился на тонкие волны мироздания, чтобы улавливать нити энергии и тихонько их втягивать. Ну, какая-то наглая бардовская морда скажет, что я просто дрыхну, но он будет не прав.

Я насыщаю чакры тонкими энергиями…

Отдохнуть мне, конечно же, толком не дали.

Я ещё считал светлячки утомления перед глазами, когда со стороны Камнелома раздался тревожный рёв боевых рогов и разбудил меня. Кутень тут же сорвался с места, улетев вместе со своей стаей в сторону города, а я ошарашенно плюхнулся на спину — опора-то пропала.

— Да вестник ты… — вырвалось у меня, — … тупости!

Встав и отряхнувшись, я неспеша двинулся к Камнелому.

Кутень уже соединился с моим разумом и показывал, что войска Шана Куо показались под стенами города с южной стороны. Лучевийцы, видимо, не стали ждать, чем закончится нападение знахаря Волха, и тоже решили действовать.

Цербер с высоты птичьего полёта показывал, как лучевийцы, словно муравьи, двигаются по обритым от деревьев склонам холмов. Они текли и через Углеяр, который я защищал ещё прошлой ночью.

По неудобным горным дорогам передвигали тяжёлые осадные орудия, и я понял, с чем была связана задержка Шана Куо. Когда я устроил ему неожиданный обвал, передвижение таких конструкций стало затруднительным.

Зрение Кутеня различало мерцание магических чар на катапультах и баллистах — другими орудиями стены Камнелома и не разобьёшь. А осадные башни, судя по всему, были заполнены дремлющими под «брошью хозяина» упырями.

Меня привлекли некоторые баллисты, которые были заряжены довольно странными снарядами. Они напоминали вытянутые стеклянные колбы, и внутри них что-то светилось.

Эти орудия охранялись большим количеством магов, моё нутро сразу же подёрнулось тревогой… Я не любил неизвестность, и новое оружие меня напрягло. Не стал бы Тёмный Жрец тащить с собой что-то бесполезное.

Армия Шана Куо, кстати, была воистину огромна. Навскидку, вспоминая опыт Всеволода, я насчитал больше двух тысяч воинов и понял, что нескольким сотням дружинников в Камнеломе долго не продержаться.

Надеяться на помощь Могуты Раздорожского или Нереуса Моредарского пока не приходилось… Вообще, в Троецарии есть ещё и третий царь, Стоян Хладоградский, но насколько я понимал, ему войска вести дольше всех. Если только не додумается срезать через северный залив.

Перехватив покрепче Губитель, я заставил Кутеня вернуться. Уже на его спине я в один миг оказался на городской стене.

Внутри кипела работа, улицы Камнелома бурлили людьми… Вся дружина сейчас перенаправлялась на южную сторону, здесь оставались только дежурные наблюдатели. Горожане таскали воду, поливали крыши, готовясь в атаке осадными орудиями.

— Господин Малуш!

Я уже спустился со стены, когда меня окликнул довольно бодрый голос. Обернувшись, я встретился взглядом с Витимиром Беспалым.

То уже не выглядел, будто при смерти, даже круги под глазами пропали. Рядом с ним стояла счастливая, но всё же уставшая целительница Евфемия — у неё сегодня будет много работы, а она и так потратила кучу сил на своего суженого.

— Хморок, — вдруг сказал Витимир и поклонился, — С возвращением.

— Выстоим, вернусь, — буркнул я, — Рано ещё кланяться.

— Малуш! — это кричал уже кнез Глеб Каменный, — Как ты и говорил, мы подождали, пока предатели откроют шахты… Там были готовы вражеские отряды, но мы просто залили их магическим огнём.

Я кивнул, но вид у Глеба Каменного всё равно был недовольный и встревоженный.

— Что случилось, кнез?

— Наши маги говорят, что лучевийцы привезли «пыльные орудия». Это страшное оружие, если послушать россказни.

— Пыльные… — повторил я и вдруг вспомнил того послушника, которому я оторвал голову через тёмный портал.

Он ведь был Магом Пыли, и в пещере с тенепёрыми гарпиями устроил нехилый такой взрыв. А полосы пыли там в воздухе были совсем крохотными…

Сколько Кутень разглядел таких орудий? Я помнил порядка пяти штук.

— Про лучевийских Магов Пыли говорят разное, — сказал подошедший десятник Андрий, — Я слышал, что если они участвуют в осаде, от городов ничего не остаётся.

— Голая земля, — нервно кивнул кнез.

— Ничто и никто не может их остановить. Никакая магия не помогает против пыли, как никакой клинок не поможет против ураганного ветра… — продолжил десятник, и я понял, что он мне пересказывает какую-то легенду.