Она кивнула:

— Это было плохое, тяжелое время. Но я не хочу возвращаться.

— И все из-за веерогриба.

— Гэввинг, не отказывай мне. Я… не смогу перенести этого.

— Я и не отказываю тебе. Просто я никогда не делал этого раньше.

— И я тоже. — Она стащила штаны и обнаружила, что у нее нет гарпуна, чтобы укрепиться на плоту. Гэввинг понял, в чем дело, и усмехнулся. Он вогнал гарпун в дерево и связал штаны Миньи, потом свои собственные брюки и рубашку. Другой конец троса он закрепил вокруг запястья.

— Я подглядывал, — сказал он.

— Надо же! А я нет.

Она дотронулась до того, что скрывали его брюки. Один раз мужчина засунул свой член ей в руку, против ее воли, и он выглядел не так… разве что он менялся у нее на глазах. Да.

Минья думала, что просто позволит этому случиться. Но она привыкла пользоваться ногами как хватательными приспособлениями, так что притянула Гэввинга к себе помимо своей воли. Ее предупреждали насчет боли: кое-кто из женщин присоединился к Бригаде, не будучи девственницами. Но ей доводилось испытывать куда большую боль.

Потом Гэввинг точно сошел с ума, словно пытался соединить двух людей в одно. Она обняла его и позволила этому случиться… но как все изменилось. Минья приняла решение после холодного размышления, но теперь хотела, чтобы они были вместе навеки, она прижимала его все ближе бедрами и руками, нет… они расстаются… все кончилось…

Когда она отдышалась, то сказала:

— Такого мне никогда не рассказывали.

Гэввинг широко махнул рукой:

— А мне рассказывали. И были правы. Эй, тебе больно? — Он слегка отодвинулся от нее и поглядел вниз. — Там кровь. Немного.

— Было немного больно. Но это не страшно, Гэввинг. Я так боялась. Я не хотела умереть девственницей.

— Я тоже, — сказал он серьезно.

Рука ухватила Града за лодыжку и выдернула его из кошмара.

— А! Что?

— Град, как ты думаешь, есть причина не делать Гэввингу детей с женщиной?

— С чего бы это? — Голова у него гудела. Он огляделся. — Кто она, пленница?

Меррил сказала:

— Да. Понимаешь, я не вижу причины их останавливать, разве что у нее что-то на уме. Я просто хочу приглядеть за ними. Но кто-то должен стоять на вахте.

— Почему я?

— Ты ближе всех.

Град потянулся.

— Ладно. Ты стой на страже, а я погляжу на пленницу.

Меррил чуть заметно улыбнулась:

— Ладно, это честно.

Когда Град свесил голову за край коры, он услышал голоса. Гэввинг и Минья парили на конце связки совершенно обнаженные и разговаривали.

— Нас было сто семьдесят два, — говорила Минья. — В два раза больше, чем вас?

— Примерно так.

— Достаточно, чтобы заполнить всю крону. Триединая Бригада — не наказание. Это бегство. Все равно много детей рожать нельзя. И я хорошо там сражалась, я носилась как демон.

— Тебе нужно было бежать… о… от этого?

Смех.

— От этого и от беременности. Моя мать умерла на своей четвертой беременности, тогда родилась я.

— А теперь ты не боишься?

— Нет. Сделаешь это для меня?

— Конечно.

Они снова придвинулись друг к другу. Град был возбужден и заинтригован. Глаза его прикрылись… и тут в небе раскрылся рот.

Шок длился всего лишь мгновенье. Пустой серый рот закрылся и вновь открылся. Он медленно поворачивался. Над одной челюстью выпучивался глаз, над другой в складках пряталась скелетообразная рука. Существо было за километр от них и все же огромное!

Зверь резко свернул, все еще сохраняя вращение вокруг своей оси. Тело его было коротким, крылья — широкими и складчатыми. Это не было иллюзией, он на самом деле состоял почти из одного рта и плавников и казался достаточно большим, чтобы проглотить весь их плот из коры. Сквозь его шкуру просвечивало солнце.

Создание шныряло в облаках насекомых, оставшихся после катастрофы. Не охотящийся хищник. Хорошо. Но разве не было такого зверя в записях Ученого… с таким смешным именем…

Меррил дотронулась до плеча Града, и тот подпрыгнул.

— Меня немножко беспокоит этот пожиратель жуков, — сказала она. — Вокруг полно насекомых, ты заметил?

— Как я мог не заметить! — Но на самом деле он научился не обращать на них внимания. Насекомые не имели жала, но они все парили вокруг плота, миллионы и миллионы крылатых созданий, размером с палец и маленьких, как точки, еле различимые глазом. — Мы чуть-чуть великоваты, чтобы быть проглоченными случайно.

— Может быть. Что случилось с…

— Я бы сказал, что Гэввинг вне опасности. Но я присмотрю за ними.