— Надо признать, это весьма полезная способность, госпожа Кроу. Благодарю. Я так понимаю, вы можете таким образом создать практически всё, что угодно? — удивлённо спросил у ведьмы Айр, разглядывая меч в руках Ланы.

— Только то, у чего есть название и форма. Этот меч — модифицированное отражение концепции “меча”, существующего в сознании людей, обретшее воплощение посредством моей магии. И, к сожалению, такие трюки возможны лишь в областях искажения, где грань между “реальным” и “мнимым” истончилась, — терпеливо объяснила харгранка, сразу же вызвав следующий вопрос у Ланы:

— И я так понимаю, эту “область искажения” создаёт Астер?

— Не только. На это способен любой могущественный эндорим. В конце концов, именно они когда-то создали наш мир. Предвидя ваш вопрос, сразу поясню: “Эндорим” — это общее название сверхъестественных существ, как позитивной, так и негативной направленности. В моём мире их делили на хранителей и разрушителей, ангелов и демонов. Но, по сути, они все имеют одну природу, — от слов подруги у Ланы мороз пробежал по коже. Судя по ошеломлённому виду сотника, он был удивлён не меньше.

— Создали наш мир? Ты говоришь о них словно о богах, — растерянно спросила сереброволосая.

— Что поделать. Персонификации человека, Великая Шестерка - это миф, мои дорогие, я не богиня и не Мать. Фактически именно они и есть настоящие боги, создавшие наш мир и утратившие над ним власть в конце первого цикла, благодаря восстанию экзарха. Большая часть эндорим оказалась заточена, а немногие оставшиеся — разобщены и ослаблены. Но их суть такова, что они рано или поздно вспоминают события первого цикла и могущество, которым обладали.

— Ульма, а ты сама? Человек? — тихо спросила у харгранки Лана.

— Сейчас я мнимая величина, существующая вне циклов. Как и этот меч — могу пребывать лишь в области искажений, так как моё настоящее тело заключено за пределами мира. Я бессмертна, неуничтожима, но не живу в привычном вам понимании. Там, где я нахожусь, — времени нет. Потому я почти не меняюсь. Но об этом мы можем поговорить и позднее. Сейчас я рекомендую вам выспаться. Штольни Праха всегда были очень опасным местом для прогулок, — с космической таинственностью в голосе поведала Алая Ведьма.

— Так, мнимая величина, пойдём залезем в твою чудесную купальню перед сном! А вы, господин сотник, не забывайте, что по возвращении я требую еще один поединок! — воскликнула Лана и, беззастенчиво ухватив Ульму за руку, потащила её за собой в сторону купален.

***

Вернувшийся из разведки ещё ночью Логарр поутру им сообщил, что проверил весь путь до ближайшего из входов в Штольни, что граничил с Предместьями, и следов его бывших собратьев не обнаружил. Попрощавшись с мутантом, они уже к полудню спустились по серпантину дорог к Предместьям, где устроили короткий отдых, и ближе к вечеру достигли нужного места — в самом основании той горной цепи, на которой располагалась башня Ульмы.

Вход в Штольни Праха представлял из себя высокий, в десяток метров шириной и высотой, наполненный мраком зев в чреве скалы. Дувший в спины путникам ветер завывал в глубоких мрачных туннелях, когда Айр в последний раз обернулся и, посмотрев в далёкое красноватое небо Пустошей, решительно зашагал внутрь.

Благодаря зелью, приготовленному ведьмой, он сейчас прекрасно мог видеть в темноте на расстоянии до пятидесяти метров и внимательно следил за окружением. Все трое путников несли тяжелые рюкзаки, битком набитые провизией и снаряжением, большая часть которого была создана ведьмой с помощью колдовства. На вопрос Ланы, зачем им все это тащить на своем горбу, если Ульма может в любой момент создать что-то из ничего, та таинственно ответила:

— На всякий случай.

Нырнув вслед за Айром в темноту скалы, Лана с интересом осмотрелась: гладкие облицованные стены туннеля, по которому они шли, были покрыты вязью незнакомой ей письменности. Перехватив ее заинтригованный взгляд, Ульма спокойно пояснила:

— Это внутренний язык жреческой касты Лангарда. Штольни служили не только местом, где преступники добывали камень и металлы, но также и местом захоронения умерших. Здесь перечислены имена тех, чей прах покоится далеко внизу, у нас под ногами.

Ее прервал Айр, поднявший руку кверху, сигнализируя соблюдать тишину. Даже тихий голос харгранки отдавался эхом в широких сводах туннеля.

Спустя сотню метров пути перед путниками из царящего вокруг полумрака показались створки огромных металлических ворот, они были наполовину распахнуты и казались невероятно тяжелыми. Из центра каждой из створок, на высоте двух человеческих ростов, виднелись громоздкие стальные цепи, уходящие внутрь. Подойдя ближе, сотник заметил рядом с вратами несколько высохших от времени тел и одно свежее, принадлежащее свежевателю. Осмотрев его, Айр шепотом сказал подошедшим к нему девушкам: