— Я… Думала, что ты в этот раз не приедешь! — нашлась что сказать Арина, опять укорившая себя за неловкость. — Уже по возрасту как бы нельзя.

— Кто тебе сказал, что нельзя? — удивилась Малинина. — Ты же видишь, тут и комсомольцы есть. Пока учишься в школе, можно ездить и тренироваться, никто тебе не запретит, наоборот, все за будут. А после школы можно вожатыми или тренерами ездить. Они тоже тренируются тут. Вот смотри!

Малинина указала Арине на тяжелоатлетический манеж, и та увидела, что действительно, на его тренажёрах занимались несколько человек, и, судя по всему, это были не спортсмены. Тренеры работали с детьми, а также отдыхали и тренировались в лагере.

Арина направилась в свою комнату, где быстро, по-спортивному, переоделась. Надела чёрную юбку, белую блузку с комсомольским значком, белые гольфы и балетки. Тщательно расчесала свои чёрные волосы и посмотрела в небольшое зеркало, висящее в комнате. Волосы прилично отросли и крупными локонами падали на плечи. По идее, нужно бы их заплести в косичку или хвостики, но Арина решила, что пойдёт и так: пусть все видят красоту красивую! Брызнувшись туалетной водой от Dior, направилась в пионерскую комнату, которая находилась с торца клуба.

Посмотрев на часы, Арина увидела, что уже 7:30. Пионерская комната была открыта. Арина слегка постучала в дверь и вошла внутрь. Ольга Дмитриевна уже находилась там. Председатель совета дружины стояла, сложив руки на груди и о чём-то думала.

— Здравствуй, Люда, — улыбнулась Ольга Дмитриевна. — Как настроение?

— Здравствуйте. Хорошее настроение, — осторожно улыбнулась Арина в ответ и огляделась.

Здесь всё как обычно в подобных местах. Идеальная чистота, блестит тщательно вымытый крашеный коричневой краской пол, белееют крашеные извёсткой стены, на которых висят красные флаги, вымпелы, транспаранты, плакаты с лозунгами на пионерскую тематику. На центральном месте большой белый бюст Владимира Ильича Ленина, над ним большой плакат «Нам Ленин великий путь озарил!». По сторонам от бюста два красных флага СССР, прислонённых к углам. На одной из стен висят большие портреты пионеров-героев, а на противоположной стене висят два барабана и два горна. На отдельном столе, лежит свёрнутый флаг пионерской дружины. Рядом свежие номера «Пионерской правды».

— Сейчас придут остальные, и все вместе пойдём, — заверила Ольга Дмитриевна, посмотрела в окно. — А… Вот они уже идут.

Арина покосилась на пионервожатую. Она была одета как и вчера: короткая синяя юбка до середины бедра. На юбке коричневый кожаный пионерский ремень с металлической бляшкой, на которой выдавлены пятиконечная звезда и пламя. Белая блузка с красным пионерским значком и пионерским галстуком, белые гольфы и почти точно такие же балетки, как у Арины. Кем Ольга Дмитриевна была в обычной жизни? Студентка, учительница, молодой врач? Для Арины, чётко привыкшей к тому, что в её времени все едят свой хлеб, занимаясь чем-то, занятие и должность «председатель совета пионерской дружины лагеря» выглядели чем-то сверхъестественным и ненормальным. И не тренер, и не педагог, а кто? За что деньги-то платят???

Пока Арина предавалась философским размышлениям, подошли горнист и барабанщик, которые выглядели настоящими пионерами с картинки или открытки! Обоим пацанам лет по 13, одеты в чёрные шорты, белые рубашки, белые гольфы, сандалии и красные пилотки с золотистыми кисточками. Увидев Арину, смущённо переглянулись, но потом всё-таки улыбнулись и помахали приветственно руками. Следом подошла Таня Малинина, тоже одетая в парадную форму.

— Ну вот, и все в сборе, — с удовольствием сказала Ольга Дмитриевна. — Ребята, берите горн, барабан, Люда, вытяни руки, я положу на них флаг, и пойдёмте на площадь. Таня, ты будешь прикреплять флаг к рейке.

На площадь уже начали собираться все. Пионеры, одетые в парадную форму, в сопровождении вожатых организованно подходили отрядами и сразу же располагались на своих местах так, как надо, так, как тренировали построение вчера вечером. Отряд комсомольцев под водительством Виктории, стоял отдельно.

Арина с флагом в руках остановилась около флагштока, рядом Малинина. По бокам от девушек выстроились горнист и барабанщик. Арина посмотрела по сторонам. Картина была впечатляющая, и сейчас она всё больше отдавала каким-то сюрреализмом, Арине казалось, что это сказка или сон, что такой красоты не может быть на белом свете. Ей показалось, что она попала то ли в фильм, то ли в какую-то компьютерную игру! Что вот именно это происходит сейчас не с ней, а с кем-то другим.

Вокруг лагеря стояли огромные сосны, сейчас, в это раннее время уже освещаемые встающим солнцем и оттого кажущиеся золотисто-красными. Сверху повисло чистое голубое небо, на котором кое-где кучерявились пышные облака, озаряемые восходящим солнцем и оттого кажущиеся розовыми. Пахнет свежестью, хвоей и цветами, особенно медуницей. На площади стоят ряды нарядно одетых пионеров и пионерок в белых рубашках и красных галстуках. Да, такое зрелище наверняка можно было увидеть только во сне или в каком-нибудь давно забытом фильме…

Первая линейка в сезоне прошла как блин комом, что всегда получается, когда люди делают что-то в первый раз. Во-первых, многие ребята были ещё сонные, неразогретые к дневному бытию. Во-вторых, стесняющиеся пока всего. Поэтому где-то забыли речёвку, где-то забыли даже название отряда. Но всё-таки худо-бедно перекличку провели. После её окончания Малинина взяла флаг у Арины, прикрепила его к специальной планке и, вращая за рукоятку, подняла красное полотно на верх флагштока, где его сейчас красиво развевал лёгкий утренний ветерок. Когда флаг полз вверх, горнист играл интересную переливчатую мелодию, а барабанщик громко стучал палочками в барабан, отбивая чёткий быстрый ритм.