Мы уже сидели в машине, когда из-за угла нейрохирургического отделения показалась плотная фигура Гунара. Кривоватые ноги только подчеркивали общее впечатление, что он из особо устойчивых, твердо стоящих на земле людей.

— Их трое, — нетерпеливо выпалил Гунар. Он заметно волновался. — Все в машине, кажется, это «БМВ» девяносто восьмого года…

— Они еще там?

— Развернулись и дунули в сторону шоссе.

— Думаю, мы с ними расстались ненадолго. — Я включил зажигание.

— Что будем делать? — Гунар уселся рядом и стал тревожным взглядом обшаривать все за пределами ветрового стекла.

— Повезу обратно в Пыталово. Возможно, придется немного покрутиться по Риге.

Я не стал делиться своими предположениями: если за нами увяжется заварзинский эскорт, значит, в операции задействовано как минимум три машины, которые постараются блокировать все выезды от «Гайльэзерса».

Не исключено также, что тот, с родинкой, — только приманка, отвлекающий фактор, как любил говорить мой спецназовский наставник.

В зеркале отражалось безучастное лицо Велты, смотревшей в боковое стекло. Не поворачивая головы, она спросила:

— А стоит ли прятаться? Я смертельно устала от всего этого, да и не вижу смысла постоянно играть в кошки-мышки… Давайте отправимся ко мне, и я оттуда позвоню им — пусть подавятся этим окаянным домом. Все равно счастья он мне не принесет…

Гунар резко оборвал ее, не приняв минутной слабости сестры:

— И ты пойдешь на сделку с этой сволочью? После того, как они убили Эдика? Да я их своими руками… — Гунар потряс растопыренными пальцами, словно хватал кого-то невидимого за горло. — Не выйдет, сестренка! Сиди и не хнычь, это наше мужское дело.

Я молча ему кивнул и резко вырулил, направившись по улице Гиппократа.

Когда мы проезжали мимо стоянки такси, я мог поклясться, что в припаркованном там джипе маячило лицо Солдатенка.

Свернул на улицу Бикерниеку и в наружное зеркало успел увидеть — темно-синий джип утюгом пополз следом.

Ясно, что добром все это не может кончиться…

В зеркале заднего вида я наблюдал за его неприкрытым маневром и потому, не прибавляя скорости, доехал до Малиенас, чтобы через улицу Шмерля попасть на сквозняк движения — бульвар Бривибас. Только по нему я мог проскочить мост через озеро Югла, чтобы унестись в желаемом направлении.

Мы двигались со скоростью не больше шестидесяти. Это и облегчало, и вместе с тем осложняло задачу преследователей.

Они тащились, словно мертвые котята из чрева старой кошки, и, наверное, ломали голову над причиной моей неспешности. Однако, как оказалось впоследствии, я сильно ошибался на сей счет.

На подъезде к Югле в тени каштанов притаился «БМВ», на который указал Гунар, дурашливо прокомментировав:

— Недолго дергалась старушка в высоковольтных проводах.

Я далеко не был уверен, что это все, кто собирается нас сопровождать. Не удивлюсь, если где-нибудь в районе Берги или у придорожной шашлычной нас ожидает новый сюрприз на колесах.

— Трогаются, — сказал Гунар. — Или дурные, или наглые…

— Хищные, — поправила Велта.

Не доезжая до Юглского моста метров сто, от силы сто пятьдесят, я резко переложил руль вправо, уходя с левой полосы движения.

По моим расчетам, «БМВ» тоже должен был перестроиться, хотя этот маневр довольно рискованный.

Свернув на улицу Юглас, я попытался все же оторваться.

Где-то в районе зверофермы съехал с асфальта на пустырь и на приличной скорости направил машину в сторону леса.

— Пока не видно, — подсказывал Гунар. И через мгновение: — Впрочем, нет, показались и идут за нами… С меня бутылка, если на своей тачке они не сядут на первой же кочке…

Я понял ход мыслей Гунара: почти у всех иномарок слишком низкий «живот», их родная стихия — европейские автобаны. Вот если бы это был внедорожник, мы бы ни за что от него не оторвались. А мой «фермерский» «ниссан» с высоким клиренсом прошел пустырь блестяще.

Где-то возле затоки Пикюрга остановились, чтобы осмотреться.В лесу было удивительно тихо, если не считать птичьего гомона и отдаленного стука дятла.

Лавируя между деревьями, обогнули Пикюргу и снова оказались на улице Бикерниеку.

Справа виднелось дорожно-ремонтное управление, но наш путь лежал в противоположную сторону.

Мы подались на Сауреши, Улброку, оттуда — на Мадону, Лубану, с поворотом вместе с рекой Айвиексте на юго-запад, в сторону небольшого городка Карсава.

Позади я увидел ЗИЛ-130, который выехал на пустынное шоссе с проселочной дороги. Впервые после того, как мы покинули больницу, я позволил себе немного расслабиться. Этому меня тоже учили, и потому я почти рефлекторно могу переходить от активных действий к состоянию расслабленности.