Митра протянул мне пачку, Ян зажигалку, а Теуш пепельницу. Я уселась на топчан и закурила, всхлипывая и давясь дымом. Ребята молча топтались вокруг меня, и вид имели одинаково печальный.

– Мы не хотим, чтобы у тебя из-за нас были какие-нибудь неприятности, - сказал Ян.
– Ты нам очень нравишься.

– Мы к тебе привязались, - кивнул Митра.

– Очень сильно, - добавил Теуш.

– Мы сразу поняли, что подружимся с тобой, - Ян присел на корточки, и заглянул мне в лицо.

– Сразу, как тебя увидели, - добавил Митра.

– В первый же день, - закончил Теуш.

Я невольно улыбнулась. Они почти все время делили одну фразу на троих, и это получалось необычно и в то же время совершенно естественно. Я вытерла слезы, размазанную тушь и окончательно успокоилась.

– Забудем про этого ненормального Веню?
– предложила я.
– Пусть будет как раньше, а? Как будто ничего не случилось?

Я с надеждой смотрела на братьев. При упоминании о Вене их лица застыли, и они дружно стали отводить глаза. Мне оставалось только развести руками в полнейшем бессилии.

Совсем стемнело, они засобирались домой.

– Вы только завтра обязательно приходите, - твердила я, как заезженная пластинка, провожая их до калитки.
– Слышите, обязательно.

– Хорошо, - сказал Ян. Они по очереди поцеловали меня в щеку, я помахала им вслед, и вернулась домой. Меня терзали какие-то маленькие душееды. Они грызли меня изнутри нехорошими мыслями и дурными предчувствиями - уж больно понурыми выглядели ребята, когда уходили... Я села на топчан и задумалась. И сигареты кончились. И вина не осталось.

* * *

На следующий день они не пришли ни в одиннадцать, ни в двенадцать, ни в час. Душееды уже не грызли, они доедали меня изнутри. Я сидела на табуретке и мрачно смотрела в пустой камин, мне в голову лезли совершенно преступные мысли о кровавой расправе над Веней. Снаружи послышался какой-то звук и, сметая все на своем пути, я бросилась к дверям. Вылетев на крыльцо, я остановилась, едва не застонав от разочарования - из белой "Ауди" вылезал Игорь.

– А, это ты...

– Что значит "а, это ты"?
– растерялся и обиделся он.
– Могла бы и "привет" сказать!

– Привет, - кисло произнесла я.
– Ты не обижайся, я просто людей жду.

– Каких это людей?
– Игорь все-таки обиделся.

– Да так, познакомилась здесь, - махнула я рукой.
– Заходи, расскажу.

– Ты домой едешь или нет?

– Нет, не еду, - я чувствовала себя несчастной и совсем никому не нужной.

– Как хочешь, - он пожал плечами и принялся вытаскивать из машины пакеты с продуктами.
– Я тебе привез кое-что, чтобы ты тут с голоду не умерла, но если бы знал, что ты меня так встретишь, сам бы все сожрал ещё по дороге!

– Прости, Игорь, - пробормотала я и, окончательно потухнув, поползла в дом. Там я уселась на топчан и снова уставилась в камин. Как же все мерзко, подумать только!

– Слушай, - донесся голос Игоря, - как у тебя тут стало здорово! Эту хибару прямо не узнать! А траву ты сама косила?
– Он вошел в комнату и поставил пакеты на подоконник.

– Нет, ребята.

– Какие ребята?

– Которые все не приходят, - я всхлипнула.
– У тебя сигареты есть?

– Я привез тебе, с ментолом.

Он полез в пакеты и начал выгружать из них всякую снедь и сигареты. Мелькнули две бутылки каберне, что было очень кстати.

– Открой вино, - попросила я, прикуривая.

– У тебя что-то случилось? А где штопор? Тебя кто-то обидел?

– Случилось. Штопор на кухне. Никто меня не обижал.

Пока Игорь возился с пробкой, я выкурила одну сигарету, и принялась за вторую.

– Давай, выкладывай, что тут у тебя?
– он налил мне пол стакана и сел на стул напротив. Вздыхая и глотая слезы, я поведала ему о близнецах, о том, как успела к ним прикипеть и про поганца Веню, из-за которого они ко мне больше не ходят. Я почему-то была твердо уверена, что братьев я больше никогда не увижу, поэтому закончила свое повествование слезами, соплями и клацаньем зубов о край стакана.

– Ну, дела, - Игорь протянул мне платок, недоверчиво на меня глядя. Когда это ты все успеваешь, а?

Я тихо хрюкнула в платок, и хрюк получился очень печальным.

– И что, они на самом деле абсолютно одинаковые?

Я кивнула.

– Все трое? Интересно...

– А я сначала решила, что... а, - я обреченно махнула рукой.
– Какая теперь разница...

– Слушай, что ты сразу трагедию устраиваешь? Может, они попозже придут.

– Не придут! Я это чувствую! Пойду Веню убивать!