– Угу, - сказал он, - высокогорье - штука забавная. А сам подумал: "Не такая уж и забавная". Бен охотился на лосей на самых высоких горах Вайоминга, и единственная разница, которую он замечал, заключалась в том, что нужно было дышать чаще обычного.

Альберт Панцер нагнулся и поднял что-то с земли.

– Эй, не забудь это, - сказал он.

Бен посмотрел на предмет.

– А?

– Ты это уронил, - пояснил Панцер.

– Я?

– Это лежало на твоей груди.

Бен взял вещицу в руки. Она его заинтересовала. Это была небольшая квадратная головоломка, в которой нужно было закатывать металлические шарики в лунки. Там было - он зажег спичку и сосчитал - десять дробинок и десять лунок для них. Дно и боковые стенки головоломки были из жести, а крышка из стекла.

Внутри был нарисован орел, и лунки для дробинок находились в нем. Орел был зеленым, с желтыми когтями и желтым клювом. Там же был довольно бестолковый стишок:

Рука и глаз блуждают,

Вниз проникают,

Вверх мысль устремляют.

Кто встал лицом к северу, тот

К финишу первым придет.

Спичка обожгла пальцы Бена, вскрикнув, он уронил ее и пососал палец.

– Это что, стихи?
– спросил он.

– Какая-то абракадабра, - отозвался Панцер.

– И это лежало у меня на груди?

– Да.

– Очень интересно, - пробормотал Бен Дак.

Интересно! Не то слово. Скорее уж странно, В чем он был совершенно уверен, так это в том, что никогда раньше не видел этой штуковины. Он потряс ее, дробинки в ней застучали, и две попали в лунки.

– Легкая головоломка, правда?
– сказал Бен и положил ее за пазуху, обнаружив, что она не лезет в карманы.

В одной из его седельных сумок лежал фонарик. Включив его, Бен тщательно осмотрел землю вокруг. Альберт Панцер полюбопытствовал, что это Бен там ищет.

– Да где-то здесь потерял десять центов, - ответил ковбой.

Это была ложь. Бен и сам не понимал, зачем он обманул Панцера.

Но никаких следов и тем более никаких десятицентовиков обнаружить не удалось.

– Да брось ты это, Дональд, - посоветовал Панцер.

– Мое имя - не Дональд, - коротко ответил Бен Дак и вскочил в седло.

Как он и подозревал, дело на этом не кончилось.

Вернувшись на ранчо, он не мог заставить себя поверить, что там, на дороге, ему просто стало плохо. Дело было не в обеде. И не в разреженном воздухе.

Бен лег на койку и задумался. Отдаленный вой койотов звучал для него как колыбельная, и постепенно ковбой погрузился в сон. Ранчо Броукен Серкл было подделкой под настоящее ранчо, ковбой - подделкой под настоящих ковбоев, но, по крайней мере, это был настоящий Запад, с настоящими койотами.

Вдруг Бен проснулся. Чьи-то руки схватили его за горло. Кто-то держал его за ноги.

В конце концов до сознания Бена дошло, что два человека пытаются задушить его. Он спал крепко, и ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Между тем в его легких уже не оставалось воздуха.

Внезапно он вспомнил, что повесил свои шпоры на гвоздь над койкой. Бен нащупал их. Шпоры были искусно отделаны серебром, а колесики на них напоминали шестеренки.

Держа в каждой руке по шпоре, Бен принялся колотить куда попало. Ему подвернулось чье-то лицо, и он сосредоточил внимание на нем. Судя по звуку, он врезал шпорой кому-то по зубам. Человек негромко, по-щенячьи, взвизгнул.

– Молчи!
– зашипел его сообщник.

Тот, в кого попал Бен, взорвался.

– Он располосовал мне физиономию!
– пронзительно закричал он.
– Помоги же мне!

Второй отпустил ноги Бена. Это было ошибкой. Ковбой целый день проводит в седле, и это неплохая тренировка для ног. Сейчас это ему пригодилось. Бен два раза ударил ногой и оба раза попал. Один из атакующих с грохотом упал на пол.

Другой отпустил горло Бена и попытался схватить его за руки. Это ему не удалось. Бен врезал ему шпорой по лицу и отбросил.

– Я его выпустил, - задыхаясь, сказал один.

– Хватай его снова, - отозвался человек на полу.
– Мы должны вытащить его на холмы.

Бен нащупал свой пояс, достал револьвер и выстрелил. Патроны были холостые, но звук выстрела был самый настоящий. Он был просто оглушителен.

Злоумышленники бросились наутек. Бен краем глаза увидел, как их силуэты мелькнули в дверном проеме, но по ним трудно было сказать что-то о нападавших.

Тут Бен Дак допустил промах. Он не задержался, чтобы надеть ботинки. Выбежав на улицу, он сразу поранил ноги об острые камни и колючки и в конце концов вынужден был остановиться. Кое-как Бен доплелся до двери барака и с облегчением опустился на крыльцо, прислушиваясь к затихающему топоту копыт.