Наконец, где-то через полгода, маленькие бородатые мерзавцы почуяли, что настала пора действовать. Меня вновь посетил их посол - теперь он был куда как менее приветлив и почтителен!
– и заявил, что пока Гройдейл не выплатит весь долг до последнего медяка, я больше ничего не получу. Более того, от меня требовали заплатить все в течение года, а если нет...

– Я тут ни при чем! Это не я!!!
– неожиданно заорал Римбольд, у которого, по всему видать, окончательно сдали нервы под угрозой очередной кары.

– Погоди-ка, - с подозрением взглянула на него Глорианна, - так ты что, знал об этом?

– О да, смею вас уверить, он прекрасно знает то, о чем я собираюсь рассказать, - недобро усмехнулся Лейпольдт.
– А если нет, то они угрожали открыть всему народу Гройдейла, что их монарх... продал их с потрохами!

– Что?!
– воскликнула Глори и, сделав резкий жест, исполненный возмущения, опрокинула мне на колени полный кубок, ко всему прочему даже не заметив этого.

– Что делать, выглядело бы это именно так, - вздохнул ее отец.
– У гномов была закладная, которую они таки заставили меня подписать. По ней в случае неуплаты долга Гройдейл переходил в полное подчинение Княжества. Я долго не хотел соглашаться на такие условия, да и потом рассчитывал за пару лет полностью расплатиться, благо урожай в тот год обещал быть богатым...

– Но неужели жители вашего королевства согласились бы с этим, поверили и безропотно ушли со своих земель?
– не поверил я.

– Правильно, - кивнул Лесничий.
– Именно это я и сказал послу, причем в весьма резкой форме. Он расхохотался и заявил, что уговорить их - это уже моя проблема, поскольку всем ясно, что денег нам взять неоткуда.

– Ну и прекрасно, значит...

– Значит, если люди не уйдут добровольно, их вынудят сделать это силой. Я оказался перед альтернативой: лишиться дома или обречь свой народ на очередную кровопролитную расовую войну.

– Не... виноват...
– слабо пропищал Римбольд.

– Я не знал, что делать. Вот тут-то и произошло то, что привело меня сюда.

Примерно через неделю после визита гнома на столе в моем кабинете (кстати, тщательно охраняемом не только людьми, но и магией), оказалось письмо без подписи. В нем говорилось, что если я хочу спасти свою страну, то должен в назначенный срок быть в назначенном месте, где меня будет ждать человек. Он сам подойдет ко мне и скажет "Спящие Дубравы". Я должен был беспрекословно делать то, что он мне прикажет.

– Ловушка!
– непроизвольно вырвалось у Глорианны.

Лесничий пожал плечами:

– Что делать, дочка, тогда я был в отчаянии и готов на все... В том же письме говорилось, что ни одна живая душа не должна знать об этом свидании, а как только я дочитал, оно на моих глазах вспыхнуло и сгорело, не оставив даже пепла.

И вот, той же ночью я тайком, как вор, покинул свое королевство. Назначенное место было крохотным постоялым двором на границе Гройдейла и Тилианы. Не успел я выпить бокал вина, как ко мне действительно подошел какой-то человек, по самые брови закутанный в плащ с капюшоном, и произнес пароль. После этого он, не говоря ни слова, поманил меня на улицу и зашагал в сторону леса. Прошагав где-то с час мы оказались в совершенно безлюдной местности. Там незнакомец прочитал какое-то неизвестное для меня заклинание, и прямо в воздухе, над самой землей, возник сияющий круг. Взяв меня за руку, провожатый смело шагнул в него, и мы очутились здесь. В Дубравах. Правда, что это - Дубравы, я узнал чуть позже. Так же молча, провожатый привел меня в роскошно обставленную комнату, кивнул на постель и удалился. Не успела за ним закрыться дверь, как я почувствовал, что до смерти хочу спать.

Утром, только я встал с постели и оделся, в дверь постучали, и вошел Сударь. Он назвал меня по имени и сказал, что пригласивший меня сюда ждет в столовой. Вот так я познакомился с хозяйкой Спящих Дубрав.

– Хозяйкой?
– оживились все, даже гном.

– Ну, прежний Лесничий был... э-э... не совсем мужчиной...

– Не совсем мужчиной?
– девушка озорно подмигнула отцу. Лейпольдт окончательно смутился.

– Правильнее будет сказать: совсем не мужчиной. Меня встретила самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел. Она представилась как Элейн, Верховный Лесничий Спящих Дубрав.

Надо ли говорить, что я был почти в шоке. О Дубравах в нашем мире ходили самые невероятные и противоречивые слухи, я сам в последний год очень ими интересовался, а тут...

Френгис вздохнул и спросил Глори:

– Кстати, а почему все-таки тебе пришло в голову искать меня именно здесь?

– Ну, папочка, это как раз очень просто. Я прочитала твой рабочий дневник, а там Дубравы - чуть не на каждой странице. Вот я и подумала...

– Подожди-ка! На мой дневник были наложены Чары Нечитаемости, - перебил ее отец.
– Это же первое правило любого уважающего себя мага. Всякому, кто не знает слово-ключ, все написанное там покажется бессмысленной тарабарщиной.

– Не будь таким наивным. В любом городе есть люди, которые зарабатывают на жизнь именно взломом защитных заклинаний. Я обратилась к такому вот... кхм... специалисту, и он за неделю устранил эту проблему. Кстати, ты, как всегда, отвлекся.

Лесничий несколько раз рассеянно щелкнул пальцами и продолжил свой рассказ.

– Да, и вот я оказался в таинственных Спящих Дубравах.

– Наедине с прекрасной незнакомкой, - ехидно уточнил Бон.

– Незнакомкой?.. Ах, да...
– вновь смутился Лейпольдт и даже, как мне показалось, слегка покраснел.