Подписывая контракт, Бон поинтересовался:

— Кстати, а куда мы, собственно, направляемся?

— Есть одно милое местечко… Слушай, а что это Джойн в перебранке с тобой поминал Спящие Дубравы?

— Да был тут на днях один престранный тип, все страшные сказки рассказывал про эти самые… стоп. О нет!

Я ухмыльнулся как акула:

— О да.

В которой рассказывается о том, как Изверг преподал урок хороших манер, а мы остались с носом

Не подумайте ничего такого, парень по имени Сэд тоже паникует не чаще раза в год, и раз этот уже прошел, но наш новый товарищ, видно, просто не знал, что такое паника. Он пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, а потом расхохотался и заявил, что так ему и надо. Еще там было что-то насчет бесплатного сыра, но я это пропустил мимо ушей, поскольку сыр не особенно люблю.

В качестве хоть какого-то утешения Бон получил авансом даже не семь медяков, а целый роблор и целеустремленно двинул в направлении цирюльни. Передо мной же тем временем встала еще одна проблема: в связи с недавними злоключениями у парня не было средства передвижения. Пешим ходом он бы нас сильно тормозил, а сажать его позади себя мне совершенно не улыбалось, да и Извергу это вряд ли бы понравилось. К Глори же я бы его вообще не подпустил ни за какие коврижки. Взяв все это в расчет и прикинув оставшуюся у меня сумму, я отправился прямиком на драконозавровый базар.

Что такое базар, вы, наверное, представляете. Драконозавровый базар отличается от обычного тем же, чем люлька с одним младенцем от такой же, но — с двадцатью: в двадцать раз громче, теснее и… ароматнее.

Базар в Хойре аккуратно вписывался в этот канон. Народ бурлил, животные ревели, пыль клубилась, навозные кучи росли и благоухали.

В моем распоряжении на данный момент находилось шестьдесят роблоров серебром — не бог весть какие деньги, но на более-менее подходящее животное хватит, к тому же Виктор Полторы Руки, один из самых преуспевающих торговцев на базаре, был мне кое-чем обязан. К нему-то я и отправился.

Виктор, для друзей — просто Вик, — незауряднейшая личность. Во-первых, это единственный на моей памяти гном, способный поладить практически с любым драконозавром, что называется, с первого взгляда. Во-вторых, если с первого раза поладить не удается, то Вику для наведения порядка вполне хватает одной левой руки (правую до локтя ему отхватила в детстве взбесившаяся архимышь из бродячего зверинца. Отсюда — прозвище и, как любит подчеркивать сам Вик, поговорка сделать что-то «одной левой»). Наконец, в третьих, Вик — должно быть, единственный в мире гном, который подстригает свою бороду, причем — коротко. За это сородичи его презирают, а драконозавры — любят…

Владения Полторы Руки на хойрианском драконозавровом базаре раскинулись широко — куда там иному владетельному князю! Впрочем, Вик, по сути, и есть один из местных правителей: он контролирует всю торговлю ездовыми животными в Хойре и ее окрестностях, является официальным поставщиком Королевской кавалерии, а настоящие князья, очередной раз влезая в долги, идут к нему на поклон.

На мое счастье, Вик в тот день как раз обходил свои владения, без чванства болтая с работниками, помогая, где это нужно, не только словом, но и делом.

— Эгей, да это же Сэд собственной персоной! — восхитился он при виде меня. — Какими судьбами, парень? Неужели ты наконец одумался и решил принять мое предложение?

Мы со стариной Виком были знакомы уже лет пять, и все это время его не покидала надежда однажды заполучить нас с Извергом в свой штат. Как то, слегка перебрав хмельного, он даже предложил мне место младшего компаньона. Я отказался, хотя иногда об этом и жалею.

— Предложение выпить чего-нибудь холодненького с удовольствием приму, а касательно всего остального — не обещаю.

Купец расхохотался:

— Да, ты, как я погляжу, ничуть не изменился! Все тот же молодой самодовольный нахал, у которого задница весит в восемь раз больше содержимого черепной коробки. Ладно, не будь я лучшим знатоком драконозавров по всему побережью, если однажды ты не повзрослеешь и не придешь сам просить работу. Только тогда придет мой черед ломаться!

Мы зашли к нему в шатер, опрокинули по чаше охлажденного пунша, и я изложил Вику свою проблему, естественно, не вдаваясь в детали. В моем изложении мы с другом помогали бедной девушке (за баснословные деньжищи, разумеется, а «бедной» — значит «несчастной») найти папу-купца, которого то ли похитили, то ли он сам потерялся где-то, чуть ли не в Лохолесье, или еще дальше. Но драконозавр друга неожиданно издох, обожравшись медовых коржиков, и теперь, если Вик нам не поможет, его старый друг Сэд может потерять много-много денежек.

Выслушав мое вдохновенное вранье, купец покачал головой, обозвал меня брехуном, а всю затею — идиотизмом, в последний раз попытался меня захомутать, потом махнул рукой и отвел к загону, где находилось десять зверей.

— На медалиста за такие деньги не рассчитывай даже по дружбе. Кстати говоря, если эта твоя девчонка и впрямь такая богатая, как ты разливаешься, то могла бы… Ладно, ладно, молчу, это ваши дела. Выбирай любого и помни мою доброту!

Оглядев драконозавров, я с первого взгляда наметил кандидата в спасатели Лейпольдта XIV. Кандидат стоял особняком в углу и угрюмо перемалывал крепкими челюстями корм, время от времени бросая на своих соседей воинственные взгляды. Этот зверь был самый большой и сильный, к тому же профессионал во мне говорил: он совершенно здоров и находится в отличной форме.