– Вот видишь.

– Мы могли бы придумать, как этого избежать, – настаивает принцесса.

Пожалуй, она растопит мое сердце, хотя, признаться, у меня нет никакого желания становиться королем, да еще женатым. Вдруг жена забудется да и поцелует супруга во сне?

– Хорошо, моя принцесса, – отвечаю я. – Но сперва мы добудем Зрячие Кольца и уничтожим Геенну, а потом уже подумаем.

Ущелье – узкое, мрачное, глубокое. Отравленная река шипит внизу, как миллион придавленных гадюк, разъедает свое каменное ложе, углубляя и без того глубочайшую пропасть. Когда она прогрызет всю толщину земного диска и едкая жидкость польется прямо на китов – или кто все-таки держит Землю? – вот тогда и наступит всему конец. Но до этого еще далеко.

Ядовитый туман, густым киселем повисший в ущелье, мешает видеть и дышать. Наши лица обмотаны тряпками, смоченными драконьей слюной, единственно верным средством. Иначе наши тела уже давно добавились бы к многочисленным телам несчастных, то и дело встречающимся на пробитой в стене ущелья тропе, единственному пути в мрачный Катаракт, страну Серого Властелина.

Замок Танагр – первый и, как говорят, наименее укрепленный из трех – вжался в каменную стену и частично вырублен прямо в ней. Он управляется двумя братьями-близнецами – Убедилом и Победилом. Воздвигнувшись перед подъемным мостом, я вызываю обоих на поединок. После серии перекрестных оскорблений вызов принят. Победил – сильный боец, а Убедил вдобавок обладает столь совершенным даром красноречия, что способен уговорить противника собственноручно снести себе голову или распороть живот. Проинструктированный Потерявшим Имя, я залепляю себе уши воском и выхожу победителем из схватки. Деморализованная охрана разбегается. Путь свободен!

Замок Онагр – висячий. Через ущелье ниже тропы переброшена чудовищная каменная арка, на ней громоздятся стены и башни, царапающие облака. Мост поднят. Никто не отвечает на вызов – вместо ответа со стен летят стрелы, камни и горшки с нечистотами. Нет больше дураков, готовых сразиться со мною в честном бою. А без дураков – как пройти?

Потерявшему Имя известно, что существует заклинание, от которого замок должен со страшным грохотом обрушиться на дно пропасти, но он не знает – какое. Мудреющий дракон с неохотой соглашается на единственно возможный выход: он перенесет на себе меня и Ленору, а затем вернется за Потерявшим Имя. Превратиться в мух на этот раз не выйдет: от испарений Отравленной реки сдохнет любая муха.

Одной рукой держусь за драконий гребень, другой поддерживаю принцессу. Чиркая крыльями по скалам, дракон проносит нас под аркой – сверху льется кипяток, летят камни. К счастью, мимо. Мы высажены на тропе позади замка, дракон тем же путем возвращается за стариком...

Мы в напряженном ожидании. Вот в густом тумане под аркой появляется размытое пятно – летит мудреющий дракон, несет Потерявшего Имя... И вдруг арка рушится, грохочут камни, и весь замок Онагр обрывается в бездну. Еще целую минуту проносятся мимо нас разваливающиеся в падении фрагменты стен, зубцы, кровли... Изрыгая проклятия, пролетает мой старый знакомец в рогатом шлеме, а вслед за ним камень с незаконченной надписью «Хар»...

Они успели. Дракон удивлен, а Потерявший Имя чему-то улыбается и потирает макушку – его задело горшком с фекалиями. После этого он и произнес нечаянно фатальное для замка заклинание.

– Какое?

– Ну не при дамах же...

Отравленная река куда-то делась, ущелье кончилось, и мы с облегчением избавляемся от тряпок на лицах. Замок Тарбаган – последний оплот Серого Властелина – на самом деле целый город, обнесенный тремя стенами, одна выше другой, защищаемый многочисленным гарнизоном и могучими заклинаниями. Намного выше стен поднимается центральная башня, служащая жилищем Серому Властелину и хранилищем Зрячих Колец. На стенах отчетливо видны котлы с вечнокипящей смолой и драконобойные баллисты.

При виде котлов и особенно баллист дракон мрачнеет и пятится по тропе назад.

– Дальше вы пойдете одни.

– Ты отказываешься от Геенны? – Я не верю ушам.

Продолжая пятиться, дракон вздыхает.

– Не такой же ценой добывать себе пропитание... Пусть я не мудрый, но все-таки мудреющий, а штурмовать это, – кивок в сторону цитадели, – работа для вовсе глупого.

– Мы справимся! – обещаю я, а Потерявший Имя поддакивает.

– Пока мы справимся, я стану совсем мудрым, а питаться девственницами для мудрого – дурной тон и атавизм. Прощайте! – Он шумно срывается с места и кругами набирает высоту, предусмотрительно держась подальше от замка. Еще минута – и он исчезает за горной цепью.

Нас снова трое. Ничего не скажешь, грозное воинство... Против одного бойца, кое-как научившейся сражаться девушки да старого мага, не способного сделать даже табуретки без неустранимого дефекта, – неисчислимая армия Серого Властелина и, самое главное, Зрячие Кольца, обращенные во зло. Ой-ой...

Три дня проходят в бездействии. Старик что-то мастерит, бормоча себе под нос, но не говорит – что. Мы не приближаемся к замку ближе, чем на полет стрелы; противник пока также не делает вылазок, справедливо опасаясь встетить отпор мечом, кистенем и магией. Наверно, до нас никто не решался штурмовать этот замок – вот там и ждут, что мы отступим без боя.

Да если это случится и если мне когда-нибудь суждено вновь стать камнем, я от стыда из серого гранита сделаюсь красным!

На третью ночь разожженный нами костер, едва успев разгореться, неожиданно проваливается под землю. Из дыры вместе с фейерверком искр выскакивает, кашляя и подвывая, опаленный гном в дымящейся спецовке. В руках у него лопата с тлеющим черенком.

Гном кашляет много дольше, чем требуется для того, чтобы очистить легкие от дыма. Ага, вот это кто! Старый знакомый! Как твой силикоз – не прошел?