Бриггс издал смешок, но тут же его подавил.

– Извини, Но это просто... Твои рапорты читаешь как настоящий роман.

– Существуют научные доказательства. Вампиры были реальностью и, если рапорт из Каира точен, и остаются таковой.

При таком повороте разговора Джастин бы сделал паузу, чтобы набить свою трубку. Однако Бриггсу не потребовалось и этого времени.

– Пол, мы собираемся отозвать весь персонал из дела по вампирам, – он лучезарно улыбнулся. – Вы проделали великолепную работу!

Уорд проходил это много раз. Он знал, как отражать такие удары.

– У меня убитый ребенок в Каире, убийства в Нью-Йорке. А в ответ ты говоришь: «Да и черт с ним»? Я что-то не понимаю.

– Есть мнение: вас с Ребеккой перевести в другой отдел. Если вы согласитесь на новые должности, то оба будете работать в Лэнгли.

Пол слышал такое и раньше. Но он понял, что на этот раз они подошли к финальной черте.

– И не вздумай созывать свою команду. Нам всего этого больше не надо.

– Они частные лица.

– Если они незаконно носят оружие, совершают акты насилия, используют запрещенные частоты, то им прямая дорога в тюрьму.

– Ну-ну, давай.

– Пол, с этим покончено. Что там произошло в прошлом, мы не знаем и знать не хотим. Но, говоря откровенно, если это дойдет до Конгресса, то ты с Ребеккой и еще два-три ваших сотрудника будете обвинены в убийстве.

Лицо Бриггса оставалось безразличным, а вот тон, которым это было сказано, свидетельствовал, что он наслаждается тем, что делает. Это так взбесило Пола, что он буквально лишился дара речи.

– Почему? – наконец-то удалось ему выговорить. – Почему, когда я приезжаю сюда, меня обязательно начинают потрошить?

– Пол, тебе предлагают хорошую должность. Отдел Восточной Азии, связь с оперативными офицерами.

– Перейти на бумажную работу?

– Вопрос о досрочной отставке поднимался и раньше. Если ты откажешься от этого назначения, то, боюсь, выбора у тебя не останется.

Пол не привык проигрывать. Ему потребовалось время, чтобы понять, что у него не только отбирают нескольких оставшихся оперативных помощников, но еще и втягивают в какой-то торг.

– Дело Паттен нельзя откладывать!

– Суперзвезда с мировой известностью, которая живет, считай, в аквариуме, – тайный серийный убийца? Пол, это просто немыслимо. Это даже смешно. Ты что, не понимаешь?

Лицо Уорда искривилось словно частично парализованное.

– Нет, я этого не вижу.

– Вся проблема в том, что ты, вероятно, просто неравнодушен к этой женщине, а мы здесь по электронной почте получаем твои длинные послания на тридцати листах, которые, надо отдать им должное, иногда и имеют какой-то смысл. Но в большинстве случаев – нет.

Джастин Тэрк, по крайне мере, считал Пола своим игроком и относился к его работе серьезно.

– Когда я думаю о людях, которых потерял...

Бриггс поднял вверх руку.

– Мы не любим, когда люди гибнут у нас на службе.

– Но это происходит.

– Наша организация старается сохранить своих сотрудников живыми. А вот ты своих не жалеешь. Сорок процентов на случайные потери!..

– Я не принимаю нового назначения и отказываюсь от отставки.

– Тогда ты просто получишь расчет. Твои данные вполне подходят под досрочную отставку, раз ты собираешься устроить еще один процесс.

Почетная отставка в его возрасте не подлежит судебному разбирательству, и он это прекрасно знал.

– Но люди будут погибать.

– Люди умирают каждый день.

Удивление Пола перешло в гнев, а гнев – в ярость. Он обнаружил, что вскочил на ноги – одновременно с Бриггсом, который начал осторожно выпроваживать его из кабинета. Пол еле сдерживался и шел спокойно. В такие моменты кулаки были его дурной привычкой. Однако незачем превращать обычное увольнение в повод для обвинения в рукоприкладстве.

По дороге в аэропорт он заметил, что машинально открывает и закрывает сотовый телефон. Но звонить им он не будет. Пусть все идет своим чередом.

Когда Пол летел сюда, то управлял самолетом сам, однако на пути домой он включил автопилот, установил максимальную скорость и откинулся на спинку сиденья, поглядывая вокруг. Он поставил лазерный диск, бродвейские постановки двадцатых – тридцатых годов: «В старой Виргинии», «Пока не развеются облака», «Були».

Когда самолет заходил на посадку, было уже темно, и Полу пришлось потрудиться, чтобы найти взлетную полосу «Стом-Кинг», сохранившего минимальное освещение, чтобы федеральное авиационное агентство все-таки оставило его в списке действующих аэропортов.