– Так куда же мы едем?

– Прошвырнемся немного, есть разговор.

– Ты разговариваешь, как Ажоан Кроуфорд, когда она пародирует Джеймса Кэгни. [14] Кто ты?

– Английский мне не родной язык, парень. Я училась ему... возможно, у разного сброда.

Лео рассмеялась.

– Позволь мне спросить тебя вот о чем: ты предпочитаешь вернуться домой к мамочке или посетить одно из самых замечательных мест в мире?

– Лео, меня зовут Ян Уорд. И я понятия не имею, что здесь делаю.

Лео Паттен глубоко затянулась. Да, фамилию «Уорд» она меньше всего хотела бы услышать. Лилит внимательно смотрела на нее: судя по неподвижному и невидящему взгляду, по мгновенно окаменевшему лицу, это был больше чем небольшой испуг.

– Мы едем в мой дом на Сант-Барте. [15]

– Сант-Барт! Я не могу туда ехать... Сант-Барт!

– Можешь, – возразила Лилит. – Ты только подумай – мы, все вместе, втроем... ненадолго.

– Дорога займет пять часов, к двум мы уже будем там.

– Мои родители...

– Вернешься завтра – еще до полуночи. Я тебе это обещаю.

Лилит заметила, что Лео по какой-то причине охладела к юноше, более того – стала относиться к нему с подозрением. Однако ей не хотелось размышлять на эту тему, так как многое в этой ситуации для нее оставалось непонятным... Сант-Барт, должно быть, приятное местечко. Возможно, там будет пруд, в котором можно поплавать, и служанки, чтобы натереть ее маслами, и люди со свежей кровью, чтобы утолить ее голод, если таковой вдруг возникнет.

– Я не могу, – простонал Ян.

– Но Ян, – Лилит улыбнулась, – ты же хочешь этого.

– Откуда тебе это известно?

– Потому что ты прижался к моему плечу, когда сказал, что не можешь. Мне надо приказать тебе ехать с нами? Я имею на это право, сам знаешь.

– У нее есть такое право, – безразличным тоном заметила Лео.

– Никто не может мне приказывать, кроме моих родителей.

– Я могу, но не буду это делать. Поедем, развлечемся.

– Слушай, Ян, – не выдержала Лео, – на свете есть по крайней мере сто миллионов парней, которые за такую возможность продали бы душу. Так что не упусти своего шанса.

– Лео, у меня есть обязанности перед родителями. Я не могу просто так взять и исчезнуть.

– Мой дворец в Египте... – мечтательно произнесла Лилит. – Ты только взглянешь на него.

– Да ты что! Это же очень далеко! Нет, я определенно туда не поеду.

– Грейс, позвони и скажи, чтобы мой самолет был готов в любую минуту. Я могу отправиться куда угодно, так что пусть будут готовы.

– Хорошо, мадам, – ответил женский голос из кабины.

– Мы летим на Сант-Барт.

Это, похоже, несколько успокоило юношу, и он вернулся к своему прежнему занятию – пожирать глазами Лео. Лилит чувствовала, что он умирает от желания остаться с ней. И почему только мужчины такие слепые и похотливые создания?

– Кто-нибудь хочет выпить? – спросила Лео.

– Конечно.

– Что это значит, малыш? – спросила у Яна Лилит.

– М-м, «Катти» с содовой?

– "Катти"? Единственное шотландское виски, которое здесь есть, это... что там у нас? – Лео заглянула в деревянный, отполированный до блеска шкафчик, – «Джонни Уокер» с голубой этикеткой.

Она налила жидкость в стаканы и положила туда то, что, как выяснила Лилит еще в отеле «Роялтон», называется «льдом», – вещество, которое быстро исчезает на любой поверхности, Лед похож на твердый снег. Когда-то она жила в странах, где зимой выпадает снег, но это было очень давно.

Юноша взял стакан и поднял его, как люди поднимают спиртное с незапамятных времен. Лео тоже последовала его примеру. Лилит наблюдала за ними с легкой улыбкой.

– Мадонна, – прошептала Лео, смотря на нее по-собачьи преданными глазами.

Властительнице не было известно это слово, но она не стала спрашивать, что оно означает.

Бекки потеряла Пола, и если не догонит эту машину, то потеряет и Яна. Мужа увезли, обвинив кроме всего прочего еще и в погроме. Она не могла сопровождать его, поэтому позвонила из такси своему адвокату и попросила того поехать и разобраться с этим делом. Моррис не стал задавать никаких вопросов, но по его голосу чувствовалось, что он хотел бы ей сказать. Уорды уже доставили ему несколько хлопотных дней.

– Куда, по-вашему, они направляются? – спросила Бекки у таксиста.

– На окраину, к Западному шоссе.

– Следуйте за ними.

– Понятно.

Она смотрела, как задние огни лимузина мигнули, когда машина поворачивала на шоссе.

– Они едут на мост. Вы хотите, чтобы я продолжал следовать за ними?

– Конечно.

Когда они пересекали мост, она даже не взглянула на открывшийся великолепный вид Нью-Йорка.

Хотелось бы ей знать, куда они направляются. Почему Бекки оказалась такой недальновидной и не навела подробные справки о Лео Паттен? Может быть, она подсознательно не хотела помогать Полу, так как боялась, что это коснется Яна? Или все гораздо сложнее: после стольких лет бесконечных тщетных расследований потеряна вера в успех...