Для того, чтобы успешно выполнять работу, на которую все были. призваны, ученикам, таким разным по характеру, воспитанию и жизненным привычкам, нужно было быть едиными в чувствах, мыслях и поступках. Христос стремился привести их к единству с Собой и друг с другом. Цель Его труда для них выражена в молитве к Отцу: «Да будут все едино; как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино… и да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбил их, как возлюбил Меня» (Ин. 17:21-23).

Четверо из двенадцати учеников в будущем особенно отличились, каждый по-своему. Предвидя это, Христос подготавливал их. Иакову предстояло скоропостижно умереть от меча; Иоанну, прожившему дольше всех учеников, — быть верным своему Учителю в труде и гонении; Петр стал пионером в преодолении вековых барьеров, — учил языческий мир; Иуда, образованный и способный, превосходивший своих братьев, вынашивал в душе планы, о результатах которых сам не подозревал, — все они были окружены особенной заботой Христа и получали Его наиболее частые и точные наставления.

Петр, Иаков и Иоанн использовали любую возможность для более близкого общения со своим Учителем, и им это удавалось. Среди двенадцати учеников их взаимоотношения с Ним были самыми тесными. Иоанн жаждал еще более тесных отношений с Христом и достиг этого. Впервые встретившись с Христом у Иордана, Андрей, услышав Иисуса, поспешил пойти и позвать брата, а Иоанн сидел молчаливо, поглощенный размышлениями над удивительными словами Христа. Он последовал за Спасителем, как жаждущий и увлеченный слушатель. Но все же Иоанн не был безупречным. Это был совсем не мягкий и мечтательный энтузиаст. Их с братом не случайно называли «сыны Громовы» (Мк. 3:17). Иоанн был гордым, тщеславным, воинствующим, но под всем этим Божественный Учитель разглядел пылкое, искреннее, любящее сердце. Иисус уличил его в своекорыстии, разочаровал его тщеславие, испытал его веру. Он открыл ему то, по чему тосковала душа его, — красоту святости, Свою преображающую любовь. «Я открыл имя Твое человекам, которых Ты дал Мне от мира»,— сказал Он Отцу (Ин. 17:6).

Иоанн был натурой, страстно искавшей любви, симпатии и дружбы. Он всегда старался быть рядом с Иисусом, он садился рядом с Ним, склонял свою голову Ему на грудь. Как цветок впитывает солнце и росу, так он впитывал Божественный свет и жизнь. С обожанием и любовью он взирал на Спасителя до тех пор, пока его единственным желанием не стало желание быть похожим на Христа и постоянно находиться в Его обществе, пока в его характере не отразился характер Учителя.

«Смотрите, — сказал он, — какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими. Мир потому не знает нас, что не познал Его. Возлюбленные! мы теперь дети Божий; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть. И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя, так как Он чист» (1 Ин. 3:1-3).

История Петра очень ярко иллюстрирует воспитательную работу Христа. Самоуверенный и агрессивный, быстро схватывая и стремительно действуя, скорый на расплату и все же великодушный в прощении, Петр часто ошибался и был объектом укоризны. Однако Христос признавал и одобрял его сердечную верность и преданность. Терпеливо, с любовью Спаситель общался со Своим пылким учеником, стараясь сдерживать его самонадеянность и научить его смирению, послушанию и доверию.

Но урок был усвоен только частично. Самоуверенность не была полностью искоренена.

Часто Иисус, с тяжестью на сердце, пытался обрисовать ученикам картины Своих предстоящих испытаний и страданий. Но они не понимали этого. Жалость и боязнь за себя, которые разъединили их с Христом в страдании, побудили Петра возразить Ему: «Будь милостив к Себе, Господи! да не будет этого с Тобою!» (Мф. 16:22). Эти его слова выразили мысли и чувства остальных учеников.

Итак, время проходило, и кризис приближался. Двенадцать учеников, хвастливых и вздорных, предвкушали разделение царских почестей и не мечтали о крестных муках.

Для них всех опыт Петра стал уроком. Полагаясь только на себя, невозможно выдержать все испытания. Иисус не мог предотвратить грех, от которого Петр еще не отказался. Но как Он протянул руку, чтобы спасти его на озере, когда волны едва не захлестнули Петра, так вечная любовь Божья простиралась к нему снова, когда глубокие воды грозились поглотить его душу. Снова и снова хвастливые слова Петра все ближе и ближе приближали его к краю. Снова и снова Христос предупреждал его: «Ты трижды отречешься, что не знаешь Меня» (Лк. 22:34). Опечаленный, любящий Христа, Петр воскликнул: «Господи! с Тобою я готов и в темницу и на смерть идти» (Лк. 22:33). Но Христос, видящий сердце, сказал на это Петру нечто, чему тот совсем не придал значения, но что в кромешной тьме засияло надеждой: «Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу; но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих» (Лк. 22:31,32).

После произнесенных слов отречения Петр встретился с печальным, но любящим взглядом Спасителя, и тогда любовь Петра и его верность своему Спасителю всколыхнула его душу и повлекла в сад, где плакал и молился до этого Христос. Когда слезы раскаяния полились на землю, смоченную каплями крови Иисуса, тогда только вспомнившиеся слова Спасителя: «Я молился о тебе… и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих» — стали поддержкой его душе. Христос предвидел этот грех и не оставил Петра, чтобы он отчаивался.