– О чем ты говоришь? Да я в своей жизни продал всего один труп, он все равно никому не был нужен…

Надя насторожилась. Ей показалось, что Тришкин сейчас скажет то, о чем она ничего не знала. Она решила блефовать.

– Это тебе только так кажется…

– Ничего мне не кажется. Эта девка – вокзальная шлюха, грязная, отвратительная… Ее использовали все, кто только мог. Я ее даже вскрывать не стал, потому что и так было ясно, отчего наступила смерть… У нее же башка была превращена в лепешку. Она пару часов пролежала на вокзальной площади, пока ее не заметили.

Надя слушала его и ничего не понимала. Она надеялась получить информацию об агенте Саше, а вместо этого Тришкин «кололся» на тему какой-то вокзальной шлюхи, которой разбили голову. И все же это было интересно. Могло пригодиться в дальнейшем.

– Я даже зарегистрировать ее не успел, как приехали эти ребята. У меня, кроме этой девки, в холодильнике было еще шесть женских трупов, но этот им понравился больше всего. Пойми, нравственность здесь ни при чем, тем более когда речь идет о таких проститутках, как она… Ты бы видела, в каком состоянии были ее… Уф… Как же у меня болит голова. Ну продал я ее, что дальше? Уверен, будь в ту смену твой Чайкин, он поступил бы так же. Кому не охота получить такую кругленькую сумму, да еще ничего при этом не делая?

– А разве ты не знал, зачем им эта девица? – Надя осторожно подбирала вопросы.

– Нет, клянусь богом, нет!

– А ты подумай хорошенько… Мне ведь ничего не стоит сейчас завести мотор и уехать, бросить тебя в лесу… И тебя не скоро найдут.

– Надя, ты же хорошая девочка. Поверь мне, больше я ничего не знаю…

– А этот рыжий агент?..

– Его возят по разным моргам, и он нигде не зарегистрирован… Не уверен, что эти две истории как-то связаны. Бурмистров не такой человек, чтобы так рисковать. Подумай сама, на карту поставлено будущее его сына!

Надя даже отвернулась, чтобы лежащий на земле Тришкин не смог увидеть растерянность на ее лице: она ничего, ничегошеньки НЕ ПОНИМАЛА. Похоже, со своим блефом она, сама того не желая, зашла слишком далеко. А Тришкин, в свою очередь, явно переоценил крымовское агентство в смысле информированности. Какой еще Бурмистров? Она знала только одного Бурмистрова – начальника областного УВД. Да, у него был сын, красивый парень, вылитый отец… Собственно, почему БЫЛ? Он и сейчас есть. Неужели все эти трупы имеют к нему какое-то отношение?

– На кого работал агент Саша? – Это ее интересовало сейчас больше всего, поскольку от него цепочка преступлений тянулась к Пермитину – бывшему хозяину квартиры Белотеловой, а уже от Пермитина к убитой Ларчиковой и ее погибшим ученикам.

– На Бурмистрова, конечно, а заодно и на того, на чьей квартире нашли труп девушки.

Да уж, много бы она отдала, чтобы узнать, труп какой еще девушки (и сколько вообще может быть трупов!) нашли на чьей-то квартире?

– Интересно, и сколько же сейчас стоит труп?

– Надя, ну зачем тебе все это? Отпусти меня, слышишь? Развяжи! Мне же холодно, черт тебя побери… Я тебе и так много сказал.

– В том-то и дело, что ты мне еще ничего не сказал…

– Ну тогда я тебе скажу. Не суйся лучше в это дело. Эта пьеса разыграна такими тузами, что с ними лучше не шутить… ЭТИ люди не любят, когда их спокойствие зависит от таких правдолюбцев, как ты и тебе подобные в вашем агентстве. ВЫ работаете за деньги. Я работаю за деньги. Каждый работает как может.

– Тришкин, ты же явно пытаешься что-то утаить. Я знаю, что в Чайкина стреляли. Его хотели убить. За что?

– Да все за то же: он сунул нос, куда его не просили. Приехали за трупом этого парня, значит, так надо было. Тем более что покойничку уже все равно. А Леша проявил нездоровый интерес к этому трупу, да и Крымов с Шубиным интересовались, личность установили, домой к нему потащились… А этого НЕ НАДО БЫЛО ДЕЛАТЬ.

– Но почему, если это может привести к убийце?

– Как я понял, там произошло какое-то недоразумение, но Бурмистров-младший был ни при чем. Не было никакого убийства – подставили его. Именно как сына Бурмистрова и подставили. Поэтому здесь все чисто. Купили у меня труп вокзальной шлюхи, подкинули в квартирку, куда заманили Бурмистрова-младшего, а потом вызвали милицию. Вот и вся история. И что дурного в том, что я заработал на ней машину? Развяжи меня, я старый и больной человек, к тому же лично тебе я не сделал ничего плохого…

– Послушай, если все действительно так серьезно, как ты нарисовал, то тебе самому разве не страшно жить дальше, если ОНИ знают, У КОГО ПОКУПАЛИ ТРУП? Ты не боишься, что и с тобой сделают то же самое, что сделали с агентом? И вообще, какую роль он играл?

– А вот этого я уже не знаю, и не уверен, что эти истории как-то связаны, потому что девку я продал пять лет тому назад – все уже быльем поросло… А этого парня, которого вы все называете агентом, убили совсем недавно, с месяц.

– А как же ты определил, что Саша работал на Бурмистрова? Откуда ты, обыкновенный судмедэксперт, можешь знать такие подробности?