"Надеюсь, это не тот самый, которого мне собираются подсунуть в мешке", - подумал Гюнтер, забросил через плечо сумку и, проходя мимо, цыкнул на кота. Кот недобро окинул Гюнтера тяжёлым взглядом зелёных глаз, пренебрежительно фыркнул и величественно отдернулся. Уже открывая дверь. Гюнтер оглянулся и увидел, что с правой подогнутой лапы кота свешивается складной зонтик. Белый, красными цветочками.

Холл мотеля напоминал харчевню. У длинного, выскобленного до жёлтого блеска стола сидел на табурете охотник. В серой тирольской шляпе, такой же серой замшевой куртке, узких, защитного цвета брюках и заляпанных тиной ботфортах гармошкой. Между колен у него стоял "зинзон" три кольца с тёмным, блестящим жиром прикладом. а на коленях, накрест с ружьем, покоилась трость.

"Как с картинки", - подумал Гюнтер. Охотник читал газету. Вернее, просто держал в руках согнутую пополам "Нортольд" и смотрел поверх неё на Гюнтера. Ему было лет сорок пять - пятьдесят, впрочем, может и больше - сухопарость мужчин скрадывает возраст. Две глубокие вертикальные складам на щеках придавали лицу надменное, немного брезгливое выражение, подчёркивая длинный унылый нос. Глубоко посаженными, до колючести прозрачными глазами, он буквально вперился в фигуру Гюнтера.

Гюнтер поморщился. Взгляд охотника вызывал неприятное ощущение, будто его царапают, отбирая пробу на профпригодность. Ещё тот клиент!

Лениво окинув взглядом сумрачное помещение, Гюнтер вздохнул и неторопливо бросил:

– Да. Пожалуй, это на самом деле форпост для странствующих, страждущих, голодных и немытых... Добрый вечер.

Откуда-то сбоку из-за конторки приподнялся толстенький, лысенький, лоснящийся портье. Он одёрнул засаленную жилетку на мятой рубашке с черно-блестящими нарукавниками и поверх круглых с толстыми линзами очков уставился на Гюнтера. Его глаза навыкате имели ту же сферическую поверхность, что и стекла очков, и от этого казалось, что у портье четыре глаза. Только стеклянные сияли просветлённой оптикой, а настоящие были подёрнуты мутной поволокой.

– Угодно остановиться?
– спросил он и наклонил голову, будто давая удостовериться, что волоски на его розовой макушке всё-таки есть. Длинные, белесые, в катастрофически минимальном количестве они прилипли к блестящей коже и были похожи на нарисованные.

– Угодно.
– Гюнтер подошёл к конторке и достал кредитную карточку.
– Номер попрошу с ванной... Хоть, по идее, у вас здесь постоялый двор, но, я надеюсь, мне не придется мыться в лохани? Ну, и само собой - ужин. На ужин мне...

– Ванн у нас нет, - промямлил портье, раскрывая огромную затасканную книгу приезжих. Видно, банковская компьютерная сеть ещё не охватила эту глушь.
– Есть душ. Общий.

Гюнтер чуть приподнял брови.

– Это как - женско-мужской?
– съязвил он.

Портье исподлобья глянул на Гюнтера, засопел - он, очевидно, не любил шутников, - но, промолчав, принялся усердно скрипеть шариковым гусиным пером. Надо полагать, что фирма, выпускающая перья, гарантировала натуральность скрипа. Для полного сходства с клерком начала века портье не хватало только козырька на резинке и чернильницы, но зато на маленьком вздёрнутом носу выступила соответствующая ретрообстановке испарина.

Сзади, не торопясь, бросили газету на стол, она зашуршала; заскрипел, освобождаясь от тяжести, табурет; приклад ружья, а затем палка, стукнули о пол, и охотник, гулко ступая ботфортами, начал подниматься по скрипучей винтовой лестнице. Портье перестал писать и проводил его индиферентным взглядом.

– Это кто?
– спросил Гюнтер, когда охотник скрылся за поворотом.

Портье вздрогнул. Муть в глазах моментально растаяла. Он пожевал губами.

– Да так... Охотник из Таунда.

– Кстати, о Таунде, - заметил Гюнтер.
– Вы ведь здешний?

– Ну?
– насторожился портье.

– Вы можете порекомендовать в городе хорошую гостиницу? С ванной?

Пауза затянулась. Портье поднял выше очки и сквозь линзы неодобряюще посмотрел на Гюнтера. Подумав, словно взвесив что-то, он медленно, с расстановкой произнёс:

– Там только одна гостиница...

Затем снова склонился над конторкой. Кончив писать, достал ключ и протянул Гюнтеру.

– Комната номер шесть, второй этаж. Если всё же надумаете воспользоваться душем, спуститесь на первый.

Гюнтер подбросил ключ в руке.

– А как насчёт ужина?

Портье сонно моргнул, возвращаясь в прострацию.

– Сейчас в вашем номере горничная. Закажите ей, - равнодушно сообщил он.
– Ключ от машины оставите? Забрать вещи.

– Не стоит. Я пробуду у вас только ночь.

Портье пожал плечами. Гюнтер взял ключ, кивнул и пошёл к лестнице. Уже на ступеньках он вдруг вспомнил о чёрном коте на столбике у крыльца и остановился.

– Кхм...
– обратился он к портье.
– Скажите, а ваш кот на цепи, это что - визитная карточка мотеля, или оригинальная реклама галантерейных изделий?