— Кто бы меня купил, — заметил я. — Надо дать объявление в газетку: «Продам Родину. Торг уместен».

— Шути-шути, — хмыкнул мой друг. — Сам же удивлялся: много измены?

— И все нам Орехов пристраивает?

— Я этого не говорил.

— Какие у нас доказательства? Эти жучки? Или эти трупы? Или, блядь, что?

— Да, я, блядь, не про это.

— А про что, блядь?

— Нужно перейти на автономное, блядь, самообеспечение.

— Как это, блядь?

Выяснилось, что Никитин тоже ломал голову над этой проблемой. Проблемой нашего вечного опоздания. И пришел к выводу, что идет утечка. Из нашего окружения. Я горько посмеялся — об этом мне известно, когда Никитушка пехом ходил под стол. Толку-то. Может, он кого надыбил? Себе-то доверяет? Себе да, признался мой товарищ. А кому не доверяет? Оказалось, никому. Я ахнул — а мне? Никитин помялся: доверяет, однако я настолько импульсивен и непредсказуем, что меня надо опасаться, как природный катаклизм. Я обиделся: какой к такой-то матери катаклизм? Я такой, какой есть.

На что Никитин повторил: нельзя никому доверять. Даже собственной тени.

При этих словах мы обратили внимание на огромную тень джипа, скользящую над осветленными летней луной кюветами и кустарниками. Создавалось впечатление: мы, живые, отсутствуем. Нас нет. А есть механизированная дура, перемалывающая активно-биологическую плоть. В скисший фарш.

Тьфу, что за чертовщина?! Мы живее всех живых. И в доказательство этому факту я вырвал Stinger и жахнул по дальнему мрачному лесу, как оплоту демократии. И кажется, угодил в кремлевский Царь-колокол, который, как орех, раскололся ещё больше.

Выражаю надежду, что все понимают мои завиральные изгибы. А если нет, тоже не беда. Как говорится, натерпишься горя — научишься жить.

Было бы все смешно, если не так грустно. Проблема, точно глыба, нависла над нами и в любое мгновение могла рухнуть.

Надежда была лишь на то, что мы успеем выметнуть из опасной зоны и убежать в спасительные пески Абу-Даби. Под защиту нашего мужественного Хулио и зенитно-ракетных комплексов с милыми для славян названиями «Волга» и «Печора».

Новое утро для меня началось с сигнала, пришедшего из космоса. Небожитель Орехов обрадовал сообщением, что имеет намерение посетить наш уголок. Зачем, нам и без генералов хорошо, пошутил я. Про себя.

— «Ч». близко, что ли? — зевнул.

— Не болтай, — перепугался боевой товарищ.

— А что такое?

— Пора сажать хризантемы, — туманно ответил.

— Мы готовы, — догадался я. — Выполнить любой приказ партии.

— Какой партии? — крепко охренел мой собеседник.

— В смысле, родины.

— А, — успокоился. — Я уж думал, власть переменилась.

Нет, все без перемен. И утренняя балдюха, скользящая между стволов сосен и пихт, и ветер, путающийся в их высоких макушках, и клумба, которую реставрировал садовник, крайне задумчивый, как фламинго на теплой отмели острова Майорка.

Прибыл высокопоставленный чин к обеду. И мы отправились в беседку для конфидециальной беседы. Через час моя голова заныла, и я взялся за виски. Дело было настолько фантастичным, что я хотел сбегать в соседнее сельпо и загрузиться самодуринским вином, чтобы забыть все, как кошмарный сон.

Я утверждал и утверждаю: научно-технический прогресс погубит человечество, как Везувий Помпею. Вот правда нашей жизни. И от неё никуда.

По генеральскому утверждению, в Московской области действует Пирамида. Почти в натуральную египетскую величину, но маленько усеченная сверху. А вот вниз уходит до самого до земного ядрышка. Нет, там хранятся не мумии древних солнцепоклонников. И не бальзамированная куколка вождя мирового пролетариата.

Сооружение претендует на звание Восьмого чуда света, как считают специалисты, запускающие космических и земных шпионов к нам на огонек.

Если говорить языком техническим, то Пирамида есть многофункциональная радиолокационная станция системы противоракетной обороны республики. МФРЛСПВРО РФ — не хилая, как выражается молодежь, аббревиатура.

Кто не понял, я не виноват. Впрочем, можно объяснить подробнее. Задача Пирамиды — обнаруживать и сопровождать пущенные к нам межконтинентальные баллистические ракеты и другие подобные цели; наводить на них противоракеты, которые и уничтожают болванки с ядерной начинкой. Причем, что важно, без их подрыва.

В Пирамиде — командно-вычислительный пункт и шахтные пусковые установки противоракет двух типов: дальнего действия — для перехвата целей в стратосфере и космосе; и скоростные среднего радиуса. Скорость таких изделий на порядок выше, чем у пули. Саму ракету человеческое око не способно зафиксировать на выходе её из контейнера — лишь хлопок, дымок, как голубок, и всё. Улетела давать пизды империалистам.

То, что бетонится на среднерусской равнине, это только вершина айсберга. Там, под дерном, обитает вполне самостоятельная планета. Тысячи и тысячи служебных помещений, десятки тысяч километров кабелей, сотни километров водоводов, и более десятки тысяч задвижек к ним — для нормальной работы аппаратуры требуется несколько типов воды разного качества, состава, температуры. Единая фабрика водоснабжения с множеством обширных подземных переходов, бункеров. Заблудиться на Станции проще, чем в тайге. Шаг в сторону — и все, не жди мама сына-старлея домой, ушел в поход на штат Florida.

«Архитектура» вычислительного комплекса уникальна — три десятипроцессорных «Эльбруса». То есть тридцать параллельно работающих мощнейших Писюков. (Всем писюкам — писюки.) С чудовищным быстродействием в реальном масштабе времени. Этакий исполинский компьютер, порожденный гением, прошу прощения за пафос, советских ученых. Умеем, если очень надо. Особенно, ежели за спиной человек с берданкой. Я к тому, что первая система противосамолетной обороны столицы проходила под чутким руководством товарища Берия. Как говорится, без него, строгого сына своего многострадального народа, никуда.