Дюжина священников-генетиков в ярких герметичных пузырях оказались как раз под ними. Продавец заметил, как генерал бросил взгляд в их направлении, и едва удержался, чтобы не сделать то же самое.

— Хорошо, генерал, скажите мне, какова ваша цена. Только не надо называть такие банальные вещи, как власть или влияние, я буду разочарован.

— Откровенность с согражданами вряд ли сможет нанести ущерб незыблемым многовековым устоям, — немедленно ответил Пожиратель Вражеских Трупов. — Если требования фракции Материнской звезды не будут удовлетворены, дайте им по крайней мере разумное объяснение, почему это невозможно.

— Этого никогда не случится, генерал. Те, перед кем я в ответе, ничего подобного не потерпят.

— Тогда вам придется столкнуться с риском революции, Продавец Экскрементов Животных, — ответил генерал. — Знаешь, если подумать, выбранное тобой для посольских миссий имя звучит более уместно, чем мне казалось. Большинство шоулян живут далеко от дома, но все они предпочли бы видеть родную планету вращающейся вокруг стабильного солнца, а не затерявшейся навсегда в ледяном пыльном облаке. В противном случае…

«В противном случае что?» — таким был безмолвный ответ Продавца. Сомнений не осталось, генерал не собирался прислушиваться к голосу разума.

— В противном случае, — закончил генерал после паузы, — мои единомышленники раскроют правду, особенно если со мной что-нибудь случится.

Продавец подал сигнал. Неожиданно дюжина священников-генетиков со щупальцами, заканчивающимися острыми лезвиями, рванула вперед. Их энергетические пузыри вспыхивали, когда они сталкивались с пузырем генерала. Продавец между тем отплыл на безопасное расстояние.

Тринадцать разноцветных пузырей неожиданно слились в один, в середине которого находился Пожиратель Вражеских Трупов. Генерал яростно сражался, но он был стар, и его захватили врасплох.

Ваши агенты, дорогой генерал, пойдут на компромисс, подумал Продавец. Планы Пожирателя попахивали дилетантством.

Все закончилось очень быстро. Через несколько мгновений генетики уплыли от искромсанного трупа генерала, который, медленно вращаясь, стал опускаться на дно; его ненамного опережало предназначенное для разрушения защитного поля оружие, на всякий случай припрятанное старым воякой.

— Скормите останки Спящим, — проинструктировал Продавец одного из священников-генетиков, альбиноса, известного как Хранитель Компрометирующих Интимных Секретов. — Им могут понравиться его воспоминания.

Хранитель поморгал огромными глазами, услышав просьбу.

— Если мы отдадим останки генерала Спящим, матрица его сознания соединится с матрицей прорицателей. Воспоминание о том, что здесь произошло, будет храниться так долго, сколько оно будет находиться в матрице Спящих. Все, что он знал на момент смерти, может быть раскрыто другими.

Продавец вздохнул, выпустив длинную цепочку пузырьков.

— Твоя обязанность в том и состоит, чтобы все просеять, проверить и убрать лишнее, не так ли? Трупное Окоченение отдал себя на съедение прорицателям, поскольку верил, что правда выйдет на свет именно таким образом, и твой долг сделать так, чтобы этого никогда не случилось. Надеюсь, тебе понятно?

— Понятно, — быстро прощелкал в ответ священник-генетик.

— Отлично. А теперь мне надо к Спящим.

По каким-то причинам некоторые священники-генетики, включая Хранителя Компрометирующих Интимных Секретов, относились к Продавцу как к оракулу, вроде самих Спящих.

— А вы действительно верите в близость войны, которая положит конец всем войнам? — опять спросил Хранитель, когда тело генерала было отдано огромной спирохете ближайшего Спящего..

Ответ Продавца был уклончив.

— То, что говорят нам прорицатели, редко бывает четким и недвусмысленным, не так ли? Иногда, как ни печально это звучит, их речения даже бесполезны.

Хранитель был буквально ошеломлен таким предположением, но Продавец преспокойно продолжил:

— Прорицатели всего лишь дают нам нить, достаточно расплывчатую, чтобы означать что-то одно, потом выворачивают ее, чтобы дать совершенно другую интерпретацию, когда уже поздно влиять на ход событий. Порой мне кажется, что мы слишком на них полагаемся. Они просто средство, которое Гегемония использует для того, чтобы сваливать на них ответственность за свои действия. Посмотри, как все просто. Достаточно сказать, что это изрекли Спяшие, что такой поворот событий неизбежен и что они, мол, ничего не могут с этим поделать.