Дакота обвела взглядом бледные стены вокруг себя, вспоминая промелькнувшие образы и ощущения, пережитые в мгновения контакта. Неужели Маги способны на такие ужасные разрушения? Что-то холодное и темное коснулось ее души.

Глядя на вошедших Арбенза и Гарднера, Дакота поняла, что они совершенно не представляют последствий того, что собираются сделать. Эти люди напоминали солдат накануне битвы, уже празднующих победу над хорошо вооруженным противником, имея в наличии одну винтовку на всех.

Вот если бы увести реликт из-под носа не только у шоулян, но и у фриголдеров. Но, если она изыщет такую возможность, что ждет человечество? Будет ли польза от запрещенных технологий? Не навлечет ли она гнев Гегемонии Шоула на весь биологический вид?

С другой стороны, функционирующий транслюминальный двигатель откроет людям дорогу к звездам… хотя последующая месть шоулян может означать конец Консорциума.

Очевидно, что здесь происходит нечто большее. То, в чем ее обвиняет Корсо, бессмысленно. Она не изучала галактические карты. Сразу после того разговора Дакота попросила «гост» просканировать записи на мостике и не нашла ничего, кроме собственных секретных изменений.

Но зачем Корсо лгать? Дакота ничего не могла с собой поделать, мысли постоянно возвращались к многочисленным загадочным сбоям, происходившим с тех пор, как она появилась на «Гиперионе». К тому, как странно отреагировал корабль на попытку просканировать безделушку инопланетянина и почти безупречные изменения в бортовом журнале, которые, как она полагала, были сделаны Арбензом или одним из его людей по совершенно непонятным для нее причинам.

А как странно разговаривала с ней копия интеллекта «Пири», загруженная в память «Гипериона»… эти любопытные грамматические конструкции, так напоминающие речь шоулянина, с которым она встретилась на Бурдэйн-Роке.

Она старалась не думать об этом, убеждая себя, что вся проблема в ее собственном воображении. От прочих вариантов ее бросало в дрожь.

Дакота отвлеклась от тягостных размышлений и поняла, что Корсо спорит с Арбензом.

— Сенатор, мы не имеем представления о том, какую инфраструктуру, какие ноу-хау использовали Маги при создании этого корабля или двигательных установок. Вывезти реликт из Нова-Арктис — это одно, скопировать же технологии гораздо сложнее. Они на тысячу лет опережают наши собственные. В настоящий момент мы слишком мало знаем.

— Так что вы предлагаете? — спросил Гарднер.

— Ждать. Годы, если необходимо, — немедленно ответил Корсо. — Изучать реликт последовательно, часть за частью. Создать здесь как прикрытие исследовательскую базу. Мы в любом случае собирались в течение ближайших десятилетий перевезти на Ньюфолл все население Редстоуна…

Арбенз рассвирепел.

— Мы находимся в состоянии войны, мистер Корсо. Нас вынудили сражаться за свое выживание. Если мы не можем разобрать на части этот корабль и понять, как он работает, значит, наш народ не заслуживает ни Редстоуна, ни Ньюфолла.

— Думаю, — ответил Корсо, тщательно подбирая слова, — в Сенате есть люди, которые видят ситуацию иначе. Вам потребуется заручиться согласием всего правительства, прежде…

— Их здесь нет! — заорал Арбенз, покраснев от злости. — Бог подарил нам шанс подняться с колен. Или мы преуспеем в том, что здесь делаем, или по меньшей мере умрем с честью. — Арбенз попытался взять себя в руки. — Достаточно. Я больше не потерплю никаких возражений.

Дакота посмотрела на Гарднера. Что же все-таки заставило бизнесмена поверить, что он может выиграть от сделки с фриголдерами? В этот момент он выглядел потрясенным.

— Сенатор, — вдруг сказал он, — я бы попросил вас заткнуться.

— Гарднер…

Все разваливается, подумала Дакота. Они здесь всего пару часов и уже ругаются. Гарднер не уступал.

— Без моей финансовой и технической поддержки, сенатор, у вас нет ничего, понимаете? Ничего. Я устал от ваших непрекращающихся мелочных дрязг. Если есть возможность извлечь пользу из того, что мы нашли на борту реликта, то этим будут заниматься мои исследовательские команды и мои контакты. Вы меня понимаете? У вас нет денег, а у меня есть.

— Деньги у вас, может, и есть, а как насчет завещания? — ехидно заметил Арбенз.

— У нас совместное предприятие, — ответил Гарднер. — Если со мной что-нибудь случится и я не свяжусь со своими партнерами по бизнесу в оговоренное время, ваши шансы чего-то добиться или куда-то улететь с этим кораблем равны нулю. Вы ведь это понимаете, не так ли?

Дакота напряженно выжидала, какой поворот примут события. Но Арбенз просто улыбнулся, словно они хорошие друзья, а этих последних нескольких часов споров и угроз вовсе и не было. Но улыбка вышла неприятная.