Он посмотрел на сенатора Арбенза. Важный, с поджатыми губами, самодовольный и напыщенный. Над ним можно было бы посмеяться, если бы Гарднер не знал, насколько сенатор опасен. Несколько месяцев назад Фриголд, разбитый и отчаявшийся, стоял на грани краха, а теперь его народ верил, что он — избранник судьбы, закаленный в войне и назначенный на роль покорителя звезд.

Как трогательно и жалко. Хоть смейся. Сейчас Фриголд нужен ему… но на каком-то этапе что-то придется сделать. Оставить транслюминальный двигатель в руках сенатора и его друзей равносильно тому, что дать ребенку поиграть с ракетной установкой. И то, и другое чревато большими неприятностями.

Согнувшиеся под тяжестью вакуумного оборудования, люди вошли на базу и через сеть коридоров добрались до ожидавшего их подводного аппарата. Вслед за сенатором Гарднер тоже вошел в него.

— Должно быть Корсо запустил что-то в систему, вот она и сработала — пробормотал Гарднер. — Одному Богу известно, что там случилось. Я давно говорил, что у нас нет планов на случай непредвиденных ситуаций.

Арбенз бросил на него раздраженный взгляд. Напряжение между ними нарастало. Гарднер давно понял, что Арбенз даже думать не хочет о возможном провале. Для него есть только победа.

— Вы правы, одному Богу известно, что там случилось внизу, мистер Гарднер, но не забывайте, что Бог на нашей стороне.

— Или, возможно, учиданяне и Бурдэйн также прознали о реликте после тех утечек секретных сведений, о которых вы забыли мне рассказать.

Гарднер знал, что приблизился к опасной черте, но держать язык за зубами становилось все труднее и труднее. Он уже отправил домой зашифрованное сообщение о подготовке флота, чтобы отобрать контроль над реликтом у фриголдеров.

Но партнеры слишком осторожничали, слишком боялись привлекать внимание к тому, что здесь происходит, и старались избежать вовлечения потенциальных конкурентов в борьбу за непредсказуемый приз. А убедить их в обратном не было времени.

— Не беспокойтесь, мистер Гарднер, — язвительно заметил Арбенз, — как только двигатель будет в наших руках, вы получите свою долю прав на технологии и производство.

Гарднер кивнул с ледяным видом.

Корсо и Киеран уже почти достигли прохода к внешнему воздушному шлюзу, когда опять взбунтовалась гравитация.

Это происходило уже в четвертый раз с тех пор, как они выбрались из операторской. На какое-то время гравитация исчезла полностью, заставив их провести несколько панических секунд в свободном полете.

Хуже всего, что они находились в той части корабля, которую до этого момента считали безопасной. Предположение оказалось ошибочным, и принимаемые реликтом контрмеры эффективно охватывали всю структуру.

Если их не разорвало на кусочки, когда стал переворачиваться проход, то причиной тому было исключительно везение. Процесс шел достаточно медленно, и у них хватило времени, чтобы на него отреагировать. К несчастью, проход оказался достаточно длинным и превратился в глубокую вертикальную шахту, хотя они и бежали изо всех сил.

Киеран толкнул его на пол и упал сам, поэтому вместо того, чтобы упасть вертикально, они съехали вниз и грохнулись о дно с такой силой, что Корсо на пару секунд потерял сознание. Когда он пришел в себя, Киеран тащил его за плечи к воздушному шлюзу. Через пару метров Корсо смог подняться. Где-то впереди раздался лязгающий звук, и он понял, что это вернулся подводный аппарат.

Вернулся вне графика — значит, кто-то сообразил, что у них проблемы.

Завернув за последний угол, они опять чуть не упали, так как дверь воздушного шлюза резко распахнулась, и им навстречу устремились несколько фриголдеров в тяжелой экипировке. Несмотря на серьезность ситуации, вид вояк, старающихся маршировать друг другу в затылок, вызвал у Корсо смех.

— Быстро назад! — заорал Киеран, махая руками.

Лица спасателей были не видны за щитками, но после секундного замешательства они попятились и стали возвращаться в подводный аппарат.

За поворотом завыло — то, что преследовало их, приближалось. Что-то наподобие чудовищного призрака, подбирающегося к ним по извилистым коридорам реликта.

Корсо взглянул на экран, кое-как установленный в проделанном в стене иссечении, и заметил, что внутренние помещения реликта поменяли очертания. Ранее существовавшие коридоры и отсеки исчезали с карты прямо на глазах, а вместо них появлялись новые.

Заметил он и то, что Лундена и Ивановича нигде нет. От их тел не осталось ни малейшего следа, как случилось и с остальными людьми, исчезнувшими в утробе реликта.

Киеран побледнел и потерял сознание. Корсо склонился над ним — пульс есть, но зрачки расширены, а дыхание частое и прерывистое. Корсо и сам чувствовал себя не лучше, но ужас помог на время забыть о боли. Один из солдат, заметив, что произошло, поспешил к Киерану и дотащил его до аппарата.

Корсо был абсолютно уверен, что реликт примет его программы, и до сих пор не мог поверить, что упустил нечто важное. Но поймет ли это сенатор, когда потребует ответа?