Значит, убивать меня не будут — пока цела эта проклятая железяка. Вот только…

Воин, словно догадавшись о моих мыслях, подошёл к мечу и внимательно на него поглядел.

— Этот, похоже, свежий, — резюмировал он. — Видно, где-то их изготавливают.

У меня отлегло от сердца. Значит, сумасшедшее оружие не успело внушить мне никакой волшебной мстительности.

— Что будем с ним делать? Оставим здесь?

— Чтобы нас в тот же день нашёл одержимый освободитель? — вопросом на вопрос ответил воин. — А если он окажется достоин меча, сколько из нас поляжет?

— Тогда как? Ты возьмёшь?

— Вот уж нет. Тут где-то должны быть ножны, они гасят влияние. Эй! А ты куда? А ну, назад!

Это он мне: как только воин покинул линию между мной и мечом, тот настолько усилил зов, что я поползла к оружию. Отрезвлённая, я испуганно смотрела на мужчину. Убить, наверное, не убьют, но ведь вполне могут покалечить! Кроме шуточек — это всё серьёзно. Очень серьёзно, хотя события больше похожи на сон. Может, попытаться проснуться?

— Я сказал — назад. Живо!

Я попыталась встать на ноги: ползти по приказу было унизительно. Ой, кажется, я выбрала не то время, чтобы бороться за своё человеческое достоинство. Воин скривился, сам поднял меня с пола и сильно толкнул в угол. Почти швырнул. Я чудом уберегла от удара голову, больно стукнувшись плечом. И сползла по стене.

— Сходите кто-нибудь за ножнами, они должны быть в сокровищнице.

Двое сорвались с места и скрылись за дверями. Проклятый меч продолжал звать. Теперь он предлагал отомстить этому гаду, который так гнусно со мной обошёлся — пока он не успел обойтись ещё гнуснее. Как я могла сдаться в плен этому типу?

Не могу сказать, чтобы я была против, только уж больно умирать не хотелось.

На меня упала чья-то тень.

— Простите, — равнодушно произнёс воин. — Вам больно?

Он ещё спрашивает?

Вместо ответа я робко подняла глаза и улыбнулась. Та-ак! А это что со мной происходит?! Какая разница, красив-не красив, он же плевать на меня хотел! То есть я хотела сказать — велел связать, больно стукнул и явно планирует сделать что-нибудь нехорошее. А ещё унижал всячески — и ещё унизит. И спас мне жизнь, освободив от власти меча.

Оружие не сдавалось. Что этому человеку до меня? Кто я для него? Жалкая неумеха, которая, даже заколдованная, держит одноручник двумя руками. Трусиха, выронившая меч. Разве я ему пара? Если я подниму оружие, он, может, и не полюбит меня — но будет уважать, как равную.

«Как равную?!» — мысленно взвыла я, стряхивая с себя гибельные чары. Как марионетку!!! А кто будет уважать марионетку — не говоря уже о любви. Стоп. Снова стоп, самый полный стоп!!! Какая любовь, откуда эти мысли вообще взялись?!

Пока я сражалась со своими внутренними демонами, посланные закончили свои поиски и вернулись: двое с ножнами, а остальные с пустыми руками. Между тем они казались очень довольными. Наверное, прятали украденное в одежде.

Воин осторожно вложил волшебный меч в принесённые ножны и прикрепил к поясу.

— Оставлять её здесь глупо, — всё тем же отстранённым голосом произнёс он. Потом повернулся ко мне. — Тебя можно считать военнопленной. Хочешь, мы можем потом вернуть тебя хозяевам — если у них найдётся, что предложить взамен?

Сначала я услышала жуткое «потом». После чего потом? Что со мной сделают в промежутке?! Затем до моего сознания дошли загадочные «хозяева». То есть те люди… существа, которые взяли неведомо где девушку, не знающую оружия — чтобы не терять своих бойцов, даже самых слабых?! — дали в руки волшебный меч, который должен превратить её в одержимую убийцу и отправили умирать? И к ним меня предлагают вернуть?!

— Так как? Хочешь?

Я отчаянно замотала головой. Нет, ни в коем случае!

— Тогда я возьму тебя себе, — сухо проинформировал воин, поднял меня с пола и прижал к себе. — Отправляемся! — и мир вокруг исчез.

— Плохо переносит телепортацию, — с явным удовольствием произнёс над моей головой знакомый голос. — Слаба, боязлива, болезненна. Более бесполезного существа я ещё не видел.

Я слабо пошевелилась. Руки больше не связаны, я полулежу в низком кресле с длинным сидением и короткой спинкой.

— Поэтому её надо отдать вам, Холодный Огонь, — зло закончил женский голос. — Понятно, к чему вы клоните. Но у других могут быть свои виды на вашу добычу.