«Ни фига себе чудеса! – подумал я, беря трубку. – Чего у них там стряслось? Землетрясение?! Цунами?! Государственный переворот?!»… Еще в Н-ске на прощание Борис Иванович предупредил – ОН связываться с нами не будет. Все инструкции через помощников-надсмотрщиков. А само «их сиятельство» разрешается беспокоить лишь в крайних, экстремальных… Впрочем, я повторяюсь.

– Мангуст на связи. Жду ваших распоряжений, – нажав кнопку приема, сухо произнес я.

– Да бросьте официальщину, майор! – дружелюбно рассмеялся генерал. – Давайте по-простому, по-человечески! На «ты» пока не предлагаю, но… вы оба не просто молодцы! Вы – гордость ФСБ, настоящие герои! Если бы не ваши сегодняшние действия, миллионный город сегодня ночью исчез бы с лица земли. А вместе с ним вся Темрюковская область и ряд прилегающих районов…

– Что-о-о?!! – опешил я.

– Завадский оказался не только инспектором, но также опытнейшим подрывником и карателем в придачу, – пояснил Борис Иванович. – В случае провала операции он должен был привести в действие мину, собранную им самостоятельно на территории завода и заложенную (тут генерал доходчиво объяснил, ГДЕ, и меня продрал мороз по коже – Д.К.) [16] … По масштабам разрушений, жертв, ядовитых выбросов в атмосферу взрыв во много раз превзошел бы тот, который планировался для сокрытия хищения на складе готовой продукции. Эдакая «джентльменская» месть за неудачу… Кстати, а что вы сделали с инспектором, помимо предварительного наркодопроса?

– Да так… ничего особенного, – замялся я. – Ну-у… постращал малость, в наказание за хамство, наглость, матерщину и беспрестанные проклятия в адрес России, русского народа и ФСБ. А также за грязные высказывания о моей покойной матушке. Короче – рога обломал оборзевшему козлу. Правда, не бил, воздействовал чисто словесно.

– Так вы, оказывается, и психолог отменный! – восхищенно присвистнул Нелюбин. – Теперь Завадский тише воды, ниже травы. Более того, он ползал у меня в ногах и слезно напрашивался на добровольное сотрудничество.

– Напросился?

– Напросился. При его активном содействии взяли связного, мина обезврежена, а в лондонский Центр направлено шифрованное сообщение: «Все идет четко по плану. Никаких отклонений не наблюдается». Далее – личный номер инспектора, заменяющий агентурную кличку.

– Небось с тремя шестерками в начале, середине и конце? – не удержался я.

– Верно. А как вы догадались? Хотя… не важно. Переходим непосредственно к делу. – Голос генерала посерьезнел, посуровел. Тем не менее в нем по-прежнему ощущалась несвойственная Нелюбину теплота. – Излагаю по порядку. Слушайте внимательно, не перебивая. Итак, первое: сегодня я лично подписал все необходимые документы о представлении вас обоих к званию Героя России. Награды получите сразу после возвращения с задания…

– Но…

– Не перебивайте, говорю! Перехожу к главному. Такие люди, как вы с Сибирцевым, не должны гибнуть вот так, по-глупому, из-за амбиций власть имущих. Плевать на политические интриги! Как-нибудь разберемся!.. Знаете, Мангуст, я ведь тоже человек, хоть и не слишком приятный в общении, – после короткой паузы продолжил генерал. – И теперь мне совесть не позволяет отправлять вас обоих на заведомый убой! Риск, разумеется, остается, и немалый, но два-три шанса из ста… Нет! Так не пойдет!!! Короче – запуск «Пчел» произведете из одного специально подобранного мною места. Там есть глубокая пещера. Где вы с напарником сможете надежно укрыться во время артналета. По нашей информации, боевики Хамида Мясоруба о ней ничего не знают. Через полчаса Стас принесет вам карту Чечни, где это место обозначено крестиком. К карте прилагается подробное объяснение, как найти пещеру. Вопросы?

– Извините за нескромность, но вы, если не ошибаюсь, находитесь здесь, в Темрюковске? – подал голос я.

– Нет, на Луне, – хохотнул генерал. – Конечно, здесь. Где же еще. Ладно, удачи вам, ребята… и возвращайтесь обратно живыми!

– Э-э-э, погодите, Борис Иванович, не вешайте трубку! – вдруг спохватился я. – Чуть не забыл! У нас есть новая интересная информация!

– Выкладывайте!

Тут я подробно описал ту самую схему безнаказанного хищения «Пчел» из-под носа воинского караула, о которой упоминалось выше.

– Нет слов, майор. Просто нет слов! – внимательно выслушав меня, тихо молвил генерал. – Действительно гениально! И вы оба… В общем, так: вернуться живыми уже не пожелание, а ПРИКАЗ!..

– Об чем болтали? – вновь наполняя пиалу чаем, поинтересовался Костя.

– Да так, пустяки. Нас с тобой произвели в Герои России, вычеркнули из списка смертников и приказали вернуться живыми.

– Серьезно?

– Да. Нелюбин лично подобрал место запуска с надежной пещерой поблизости, где мы с тобой должны отсидеться во время артналета. Вскоре Стас принесет карту с точным указанием координат.

– Приказали, – задумчиво повторил Сибирцев. – Нам с тобой. Мы как верные присяге офицеры приказ постараемся выполнить. В пещере укроемся. Однако… есть одно «но». Нелюбин не Господь Бог и Смерти он приказать не может…

Я снова вздрогнул. Второй раз за последние двадцать минут. «Нелюбин не Господь Бог…» Недавно я слышал подобные слова, но от кого? В каком контексте?!

Перед глазами возник ухмыляющийся полускелет в саване, размахнулся окровавленной косой и пропал.