— Мисс Нельсон заблудилась в заповеднике, — кратко пояснил старик. — Я только что предложил отвезти ее домой.

— Думаю, ты должен позволить мне сделать это. — Голос Марка только что не ласкал ее и несколько зашел за пределы того, что Вики считала уже оскорбительным. — Насколько я знаю своего дядю, как только ему удается остаться в машине наедине с прелестной женщиной, он сразу же начинает читать ей проповедь.

— Прошу вас, не затрудняйтесь. — Ее тон превратил эти слова скорее в команду, чем в учтивый ответ, и на лице Марка отразилось замешательство. — Если вы не возражаете… — продолжала она, повернувшись к Карлу.

Выслушать проповедь устраивало ее намного больше, чем оказаться в одной кабине с Марком. Он страшно напоминал ей одного сутенера, которого ей пришлось арестовывать.

— Вовсе нет. — Старик продемонстрировал недюжинный талант лицедея, сохраняя невозмутимое выражение лица, но Вики уловила искорку в его глазах и подозрительное дрожание кончиков усов. Он указал рукой в направлении подъездной тропинки и предложил гостье ему предшествовать.

Машины соответствовали своим владельцам. Черный джип последней модели с золотыми накладными деталями, шикарным интерьером салона, окном на крыше и ржавчиной по низу дверей — это практически было воплощением Марка. Десятилетний бежевый седан, недавно отполированный, так же очевидно — хотя и не столь громогласно — заявлял о принадлежности Карлу Бьену.

Вики уже взялась за дверную ручку, когда Марк окликнул ее:

— Эй! Я ведь даже не знаю вашего имени.

Она обернулась, и температура воздуха, соприкоснувшегося с ее улыбкой, стремительно упала.

— Правильно — ведь я вам его не назвала, — ответила Вики и уселась в машину.

Ее поразила очень дорогая стереосистема, установленная в салоне.

— За рулем мне нравится слушать духовные песнопения, — пояснил Карл, увидев, что она разглядывает массу лампочек и тумблеров, которыми вполне можно было бы оснастить кабину самолета Он замедлил ход у конца проезда. — Куда дальше?

Она, собственно, не имела об этом ни малейшего представления. Не знала ни адреса, ни даже названия дороги.

— Э-э, овечья ферма Хееркенсов. Вам это говорит что-нибудь?

— Да. Подавленные эмоции, скрытые в этом единственном коротком слове, заставили Вики нахмуриться. — Есть какие-то проблемы?

Костяшки пальцев, сжимающих руль, побелели.

— Вы родственники?

— Нет. Просто дружна с их знакомым. Он подумал, что мне следует отдохнуть немного за городом и привез меня к ним на уик-энд.

Майк Селуччи ни на миг не поверил бы в эту ложь — он часто говорил, что Вики самый плохой лжец, которого он встречал в жизни, — но, по-видимому, Карл ей поверил и явно почувствовал некоторое облегчение. Он свернул на грунтовую дорогу и поехал на север.

— Я познакомилась с Хееркенсами только в этот уик-энд, — продолжала она спокойно. Опыт научил ее, что прямой подход к делу всегда успешнее работает с серьезными людьми, каким был этот старик. — Вы хорошо знаете эту семью?

Губы Карла сжались в тонкую белую линию, но спустя миг он сказал:

— Когда я впервые приехал сюда, лет десять-две-надцать тому назад, пытался познакомиться с ними поближе. Старался наладить с ними добрососедские отношения. Только Хееркенсы, видно, не слишком были в этом заинтересованы.

— Я знаю, что они живут довольно уединенно.

— Уединенно! — В отрывистом смехе старика не было слышно веселья. — Я старался выполнить свои долг, как полагается доброму христианину. Знаете ли вы, мисс Нельсон, что ни один из их детей не крещен?

Вики покачала головой, но, прежде чем успела сказать что-нибудь, он продолжил:

— Я пытался привести эту семью к Господу, и знаете, что получил за свои старанья? Мне было предложено убираться из их владений и не приближаться к ним, если я не в состоянии оставить своего Господа дома.

«Вам еще повезло, что вас не покусали», — подумала Вики. — Держу пари, они вывели вас из терпения, — произнесла она вслух.

— Господь — это не нечто такое, с чем я хожу повсюду, словно с бумажником, мисс Нельсон, — отозвался Бьен довольно холодно. — Он — часть всего, что я делаю. Да, разумеется, я был рассержен…

«Рассердился настолько, чтобы убить?» Разговор начинал принимать интересный оборот.

— … но мой гнев был праведным, и рассердился я во славу Господа.

— И как поступил Господь?

Он полуобернулся к ней; на губах старика играла легкая улыбка.

— Он распорядился, чтобы этот инцидент послужил его целям.

«Это, собственно, может означать многое. — Вики выглянула из окна. Ну и как ты собираешься перейти к разговору о вервольфах?»

— Ваш племянник упомянул о том, что вы увлекаетесь наблюдением за птицами…