— Покажи Вики свой фокус, Питер!

Несмотря на загар, Питер покраснел.

— Не думаю, что мисс Нельсон захочется на это смотреть, приятель.

— Нет, она захочет! — Дэниел от избытка чувств аж подпрыгивал перед Вики.

— Ты хочешь, ведь правда?

Она не представляла, о чем идет речь, но как можно было сказать «нет» в лицо прелестному мальчугану, полному воодушевления?

— Конечно, я очень хочу.

Он рванулся обратно к Питеру.

— Вот видишь?

Юноша вздохнул.

— Ладно, — сдался он и, наклонившись, поправил прядь волос Дэниела, упавшую тому на глаза. — Ступай и принеси его.

С пронзительным лаем Тень помчался ко входу в дом.

— Он всегда лает, когда проделывает такое? — вслух подумала Вики.

— Вообще-то, нет. — Уши Розы настороженно повернулись в направлении звука. — Звуки, которые мы издаем, находясь в ином обличье, — своего рода проявление эмоций, выраженных во весь голос.

— Значит, лай Тени можно истолковать как «Вот здорово! Вот здорово!»?

Близнецы переглянулись и рассмеялись.

— Довольно близко по смыслу, — признала девушк; Тень примчался обратно молча, но, как Вики подозревала, лишь потому, что огромный желтый фрисби [4] , зажатый в зубах, не позволял ему лаять. Он уронил диск к ногам Питера — причем похоже было на то, что игрушку не только слегка покусывали, — и сел снова, тяжело дыша в ожидании чуда.

Питер избавился от шорт и подхватил пластмассовый диск.

— Ты готов? — спросил он.

Тень, скребя задними лапами по земле, подтвердил свою полную готовность.

Проявив определенное сходство с древнегреческил дискоболом, Питер метнул фрисби в воздух. Тень помчался за ним, и мгновеньем позже за ним последовал Ураган. Мускулы перекатывались под его красно-коричневой шкурой, он пробежал мимо младшего вервольфа, подтянул под себя задние ноги и взмыл в воздух с разинутыми челюстями, уже приготовившиесь зажать в зубах край диска.

Однако он не успел это сделать, так как большой черный вервольф перехватил фрисби буквально перед самым его носом и приземлился вместе с Ураганом и Тенью, преследовавших его в отчаянной погоне.

Роза засмеялась, сунула в руки Вики свой сарафан, и вот уже Льдинка пустилась за двумя своими братьями. Они гонялись некоторое время по двору, затем, действуя как одна команда, Льдинка и Ураган отрезали путь большему оборотню и повалили его на землю. Тень, все еще взахлеб лающий, — как только он ухитрялся обрести дыхание? — бросился в эту кучу катающихся по двору тел.

Спустя минуту Надин взглянула на клубок разномастных шкур, отбросила фрисби в сторону и улыбнулась Вики.

— Похоже, что вы уже готовы к ленчу? — сказала она.

— Мы обнаружили следы не дальше, чем в пятистах ярдах от дома. — Слова были едва различимы сквозь рычание.

Последовавшее молчание длилось всего несколько секунд, затем раздался ответный гневный вой.

Надин пересекла кухню и стиснула руку мужа.

— Чьи? — требовательно спросила она — Чьи это бяли следы?

— Мы не знаем.

— Но запах…

— Чеснок. От следов несло чесноком.

— Насколько давние? — не унимался Питер.

— Двенадцать часов. Может быть, несколько больше. Или слегка меньше. — Волосы Стюарта встали дыбом, и он, будучи не в состоянии сидеть спокойно, принялся расхаживать взад и вперед большими шагами.

Если Черный был застрелен с того дерева в лесу, на что указывают все улики, пять сотен ярдов и двенадцать часов означают, что убийца находился в окрестностях дома где-то прошлой ночью.

— Быть может, вам всем было бы лучше перебраться куда-нибудь в гостиницу, в город, пока все это не закончится, — предположила Вики, уже зная заранее, до того как слова слетели с ее языка, какова будет реакция.

— Нет! — взорвался, оборачиваясь к ней, вожак стаи — Это наша территория, и мы обязаны защищать ее!

— Он охотится не за вашей территорией, — возразила женщина, чувствуя, как голос ее набирает силу. — Он хочет убить вас! Переберитесь отсюда за пределы его досягаемости, хотя бы только на время. Это единственное разумное действие в данной ситуации!

— Мы не сбежим, не доставим ему такую радость.

— Но если он имеет возможность подойти так близко, вы не сможете защитить себя.

Глаза Стюарта сузились, и его слова вновь чуть не утонули в рычании.

— Такого больше не произойдет.