Тут подошел Шуга и удовлетворенно зацокал языком от хода работ.

— А когда вы навесите паруса? — спросил он.

— Паруса? Мы не собираемся вешать никаких парусов, Шуга. Они нам не нужны.

— Чепуха, — отрезал волшебник, пристально разглядывая Орбура, который висел на снасти. — Сколько раз тебе объяснять, без парусов ветер не станет тебя толкать.

Орбур начал спускаться. Я мог видеть, как он вздыхает украдкой. Орбур сбросил с лодки веревку, потом соскользнул по ней вниз и подошел к Шуге.

— Пурпурный нам это не раз объяснял. Нам не понадобятся паруса. Вместо них у нас установлены толкатели ветра.

Шуга нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Но, Орбур, если у тебя есть делатель ветра, то ты несомненно, планируешь использовать паруса. Делатели ветра будут делать ветер, а тот — толкать паруса, вот лодка и будет двигаться.

— Нет, Шуга, делатели ветра толкают воздух назад, а лодка будет двигаться вперед, без парусов.

— Что же они будут толкать, без парусов? Лодка совсем не будет двигаться по воздуху.

— Лодка будет двигаться.

— Лодка не будет двигаться!

— Пурпурный сказал, что будет!

— А я говорю, что не будет!

— Ты споришь с волшебником?

— Да! Мы с Вилвилом уже испытали двигатель ветра. Мы крутили педали так быстро, как только могли, и лодка, казалось, двигалась вперед, словно пыталась прыгнуть в воздух.

— Она может подняться в воздух, — согласился Шуга, — но не двинется ни на дюйм без парусов.

— Но...

— И не пытайся меня переубедить, Орбур. Я уже заказал паруса Лесте. Тебе с Вилвилом лучше придумать для них мачты.

— Мачты? — переспросил Орбур, — а где мы их поставим, эти мачты?

Он указал на лодку. Она мягко покачивалась на подставке, две ее выносные снасти поплавками распростерлись далеко в стороны. Тяжелый киль выдвинулся вниз на держателях из бамбука. Вверху виднелись бамбуковые, кажущиеся хрупкими снасти, пустые ждущие воздушных мешков. Лодка казалась странно незавершенной. Я попытался представить ее законченной и парящей в воздухе, но не смог.

Шуга тоже разглядывал ее. Он задумчиво обошел ее, обогнув Вилвила, продолжающего невозмутимо намазывать корпус. Потом забрался на подставку и заглянул внутрь. Орбур и я последовали за ним. Шуга взобрался в лодку и постучал по полу.

— А это что?

— Это слоеное дерево. Мы использовали три тонкие планки, чтобы придать полу жесткость.

— Он слишком тонкий. Мачты на нем, должно быть, установить не удастся.

— Как раз я...

— Придется подвесить их к выносным снастям.

— Где? Позади воздушных толкателей совсем не остается места.

Места действительно не было. На каждом поплавке была установлена велосипедная рама. Сами толкатели свисали вниз на высоту человеческого роста и были сдвинуты назад, чтобы сделанный ими ветер не мешал крутить педали.

— Ты должен установить их впереди, — сказал Шуга. — Если ты это сделаешь, места окажется достаточно. Установи мачты и паруса перед делателями ветра, а затем крути педали наоборот. Ветер станет дуть в паруса. Ты будешь сидеть лицом вперед в направлении движения.

— Но крутить педали наоборот очень неудобно!

— Тогда переставьте наоборот колесную передачу, — резко бросил Шуга. — Почему это я постоянно должен думать за тебя?

— Не надо нам никаких парусов! — закричал на него Орбур.

— Все, на что ты полагаешься — это на слова Пурпурного, — голос Шуги неожиданно стал уговаривающим. — Установи теперь мачты и подними паруса, прежде чем ты улетишь. Тогда ты будешь ко всему готов. Если паруса не понадобятся, ты всегда сможешь их убрать...

— Ладно... — нерешительно пробормотал Орбур и покосился на Вилвила. Но Вилвил демонстративно не обращал ни на кого внимания, продолжая методично наносить раствор на борт лодки.

— Это не повредит, — заметил я примирительно.

— Вот! — сказал Шуга, — даже ваш собственный отец думает так же.

— Да, но...

— Никаких «но». Паруса будут готовы через семь дней.

Довольный тем, что выиграл битву, Шуга начал выбираться из лодки. Спрыгнув на землю, он с силой постучал по крепкому корпусу, обтянутому уплотненной тканью.

— Хорошая конструкция, — бросил он. — Пошли, Лэнт, — ухватив меня за руку, он потащил меня в деревню. — А теперь нам следует заняться приобретением волшебных символов. Со всей очевидностью, Лэнт, я могу сказать, что голубые символы ценятся жителями деревни неправильно.