–  Боишься вымокнуть?
– недоуменно приподнял рыжую бровь Борг.

–  Нет. Но кое-кому другому вода изрядно повредит.

И я невольно накрыл ладонью поясную сумку, в которой нес с собой камни-говоруны. Поправка: накрыл то место, где ей надлежало быть, потому что оно… пустовало.

И как долго?! Карманников в подобных скоплениях народа всегда в избытке, но я держал руку на сумке все время, пока ждал Борга, стало быть, воришка совершил свое злодеяние только что. Ну-ка, взглянем вокруг!

По толпе круги расходятся столь же четко и заметно, как по воде, принявшей в себя камень, поэтому не составило труда обнаружить удаляющуюся от нас женщину. Разумеется, она вовсе не обязана была оказаться воровкой, но все остальные соседи по очереди покидать свои места и не собирались, тем более до ворот оставалось не больше полутора сотен шагов.

–  Видишь вон ту девицу? Борг лениво кивнул.

–  Она только что стащила у меня одну бесценную вещицу. Великан скучающе зевнул:

–  Камни на семейный курган, что ли? Ничего, еще успеешь набрать новых.

–  Да, на курган. На могилку того, кто снабжал известную тебе колдунью сведениями.

Второй раз намекать не понадобилось.

–  Догоняем?
– хищно сощурился рыжий.

–  Подожди минутку.

За время, которое мы так и так упустили, воровке удалось создать между собой и нами полосу препятствий в виде медленно бурлящей и не жаждущей пропускать через себя кого бы то ни было очереди. Но чтобы прибыть в одно и то же место одновременно с тем, кто стартовал первым, не обязательно очень быстро бежать. Достаточно двигаться по укороченному маршруту.

Я постарался расслабиться, насколько это было возможно, учитывая постепенно накатывающую ярость, выпустил нити «паутинки» и… в следующее мгновение едва не оглох от их гулких голосков, радостно откликнувшихся на призыв о помощи.

Сеть сознания всегда раскидывается почти мгновенно, а вот эхо начинаешь ловить не сразу. Вернее, звуки приходят, но на первом вдохе все они сливаются в неразличимый гул, и только потом обретают своеобразие. Ага, слышу нашу беглянку! Направляется в конец очереди, вдоль дороги, постепенно забирая влево, к холмам, поросшим кустарником.

–  Идем!
– Я потянул Борга за рукав.

–  Эй, вы насовсем?
– тут же поинтересовался сосед сзади.

–  И не надейся!
– грозно отрезал рыжий.- Сейчас вернемся.

–  Ну, как знаете… - Получив отпор, крестьянин заметно присмирел, хотя и не оставил надежду нас опередить.

–  Зачем наврал? Мы же собираемся ждать завтрашнего утра,- спросил я, выкраивая у бега выдохи для коротких реплик.

–  Чтобы губы заранее не раскатывал.

–  Он ведь все равно окажется в выигрыше.

–  И пусть. Только не перед кем будет голову задирать. Верно. Победа хороша, только когда ею наслаждаешься в

присутствии поверженного противника, и это мы в полной мере ощутили на собственном опыте, когда перекрыли настигнутой нами воровке пути к отступлению.

Не девчонка уже, можно сказать, кровь с молоком, причем топленым: кожа не бледно-белая, а подрумяненная золотистым загаром. Если и горожанка, то проводит ясные дни не в стенах дома или лавки. Хотя ладони отнюдь не нежные, значит, все же не чужда труду. Русые волосы прибраны под платок по-крестьянски, да и одеяние ничем не отличается от тех, в которых красуются прочие селянки, стало быть, оказалась у ворот неслучайно. Либо шалит от скуки, либо нарочно притворяется одной из здешних постоянных прохожих.

–  Нехорошо за чужой счет наживаться, милочка. Девица, только-только собиравшаяся развязать шнурок и,

переложив ворованное в свой кошель, избавиться от сумки, как от доказательства вины, вздрогнула и, не оборачиваясь, бросилась от меня в кусты, чтобы тут же оказаться в крепких объятиях Борга.

–  Ну-ну, не так быстро! Мы же только встретились, красавица, а ты уже норовишь уйти!

–  Чего вам?
– огрызнулась воровка и сделала это так привычно, что малейшие способные возникнуть сомнения в виновности благопол~ шо рассеялись: чувствовалось, девица не первый раз попадалась с поличным.

–  Что может мужчине понадобится от женщины?
– задумчиво протянул Борг, не ослабляя хватку пальцев на округлых плечах.

И в самом деле, что? Всегда одно и то же. Немного любви,

немного ласки, и, разве что… Любезной помощи в одном важном деле!

Но как о ней попросить?

–  Воровство - не самое достойное занятие.

–  Еще докажите! Ничего я чужого не брала, моя это сумка! Излюбленный прием сыграл с воровкой злую шутку, а мой

путь к победе в поединке сократил до одного шага: