Шрифт:
— Тот проект, которым руководствовался я, предусматривал именно прямое воздействие, — твердо сказал Фундаментал.
— Вы что, не знали о парадоксе сына, который проникает в прошлое и предотвращает встречу своего отца со своей будущей матерью?
— Мы же не дети. Конечно, знали. Были произведены тщательнейшие расчеты, но, видимо, мы чего-то, все-таки, не учли.
— Все предусмотреть было нельзя.
— Теперь и я так считаю. Мы сделали трагическую ошибку. — Фундаментал замолчал. Лицо его было смято и трагично. Но держался он спокойно и с достоинством.
— О том, что двадцать пять веков спрессовались в один миг, вы, конечно, знаете? — спросил Пров.
— Да. Мы даже проводим исследование этого виртуального мира.
— Виртуального мира.
— Да, так называют свой мир виртуальные люди. Вернее, не люди. Они ведь являют собой сразу все. И даже не они, а он.
— Без-образный...
— Солярион, вы, наверное, имеете в виду виртуального человека?
— Да... Так терминологически правильнее. Анклав, Сибирские Афины, деревни, весь этот страшный, перемешанный мир...
— Да. Я знаю и об этом.
— Зачем он вам?
— Но что-то надо же делать!
— А что это за "Вторжение"?
— Попытка открыть границы анклава и хотя бы таким образом вернуть Земле когда-то существовавшие ландшафты. Солярион, вы полагаете, что еще что-то можно сделать?
— Это ваш компьютер, кажется, так полагает. Покажите мне вход в ГЕОКОСОЛ.
— С удовольствием. Хотя, вы его и так знаете.
— Знаю.
— Солярион, я готов поменяться с вами одеждой, если вы очень спешите.
— Настолько спешу, что, пожалуй, не буду этого делать.
— Извините, Солярион, но вид у вас сейчас несколько экзотичен.
— Плевать! Меня больше интересует вид Земли.
— Согласен. Лучше выйти черным ходом.
Фундаментал провел Прова коридорами к выходу из "особняка". Увидев литую решетку ограды, Пров тотчас же завернул за угол и приблизился к дверям лифта. Пропуск, что за пропуск должен предъявить он, думал Пров. Это уже не компьютер, это какая-то вневременная и внепространственная система связи. Снова без-образный? Кто предусмотрел это? Снова игра? Пров пошарил по карманам кожаной куртки Мара. Несколько монет. Кольцо. Кольцо Мебиуса с излучающим свет камнем. Может, оно? Тем более, что досталось Мару весьма странным образом... Наверное, оно. А если бы он случайно не оказался в куртке, если бы погода была потеплее? Неужели все зависит от такой случайности?
— Возвращайтесь, — сказал Фундаментал.
— Непременно. Позаботьтесь о Маре, СТР...
— Да знаю я, знаю. Позаботимся.
Пров размышлял: нужно ли надеть кольцо на палец, или просто достаточно его иметь? Сжав кольцо в кулаке, он держал руку в кармане.
"Да слушаю, слушаю!" — раздраженно замигал индикатор на дверце лифта.
— В ГЕОКОСОЛ, — сказал Пров.
Дверцы лифта раскрылись, Пров вошел, повернулся лицом к Фундаменталу.
— Хоть лапти снимите с шеи и возьмите в руки или под мышку, — умоляюще сказал тот.
Пров не успел ответить. Дверцы лифта захлопнулись. Все исчезло. Пров не чувствовал своего тела, не ощущал движения, но и покоя — тоже. Какое-то неизъяснимое чувство счастья заполнило его сознание. Светлый мрак простирался вокруг. Но Пров воспринимал его не глазами, а каким-то внутренним, неизвестным ему ранее зрением. Радость слияния с миром казалась абсолютно полной. Темная точка света, ярко выделяющаяся на фоне светлого мрака, стремительно приблизилась к нему, разрослась в таинственное черное сияние, обволокла его, затуманила на миг сознание, потом мягко отпустила... и Пров, не удержавшись на ногах, упал на пол кабины, больно ударившись локтем так и не вынутой из кармана руки. Что-то лишнее нащупали его пальцы. Пров поднялся, вынул руку из кармана. На ладони лежало пять колец.
Двери лифта раздвинулись. Пров вошел в коридор ГЕОКОСОЛа мимо приветствовавшего его охранника, продолжая сжимать кольца в кулаке.
77.
В конце коридора появился человек, шел он спокойно, размеренно, и Пров узнал в нем Галактиона. Короткое рукопожатие, приветствия:
— Здравствуйте, Солярион!
— Здравствуйте, Галактион!
— Прошу за мной. Времени у нас мало. Сутки, двое, вам лучше знать. СТР пятьдесят пять — четыреста восемьдесят четыре и СТР сто тридцать семь — сто тридцать семь уже вернулись из Смолокуровки и сейчас находятся в карантинном отсеке. Дальнейшие их поступки зависят от вас.
Пров еще плохо воспринимал свой неожиданный взлет и ответственность, внезапно свалившуюся на него. Сбивал с толку и никак не укладывался в голове тот факт, что вот он идет по коридору ГЕОКОСОЛа и в то же время находится на карантинной койке, пытаясь провести подслушивающие и подсматривающие устройства, разозлить Орбитурала, понять, что же с ним и с Маром происходит. А на самом деле для него, который сейчас кочевряжится перед Орбитуралом, все предопределено. И это предопределение создает он сам, тот, который идет сейчас по коридору ГЕОКОСОЛа. Возникла мысль о том, что он этого кому-то не простит. Но Пров задавил, выбросил ее из головы. Сейчас есть дела поважнее.