Шрифт:
– А вот посмотришь, - сказал Ринальдо.
Конечно, вру, подумал он. Никогда не решусь, не поставлю на карту всё. Потому что рассказать теперь, когда мы уже сгубили два корабля, и после первого не сообщили, и без выяснения обстоятельств отправили второй... Кто станет слушать о том, что это дьявольская случайность, к которой не имеет пока доступа теория гиперсветовых перемещений? Что мы не можем ждать?
– Сейчас почти час ночи, - сказал Ринальдо.
– Немедленно поднять капитана сегодняшнего лайнера, пусть немедленно вылетит на корабль. Туда. Пусть сейчас же, покуда никого нет, прокатает двигатели и запалы на всех режимах. Несколько раз пусть совершит переход.
– И что потом?
– спросил Чанаргван тихо.
– Про потом будем говорить потом, - отрезал Ринальдо, и такая сталь вдруг засверкала в его голосе, что Чанаргван ничего не ответил, а Акимушкин вскочил и опрометью бросился из кабинета - выполнять приказ.
Все-таки опять я, подумал Ринальдо. Но Чанаргван, не Валя, никто другой. К такому ли я готовился тогда... когда решал за Чанаргвана задачи по гравитации?.. Когда ползал по кустам и орал: "Пу! Пу!", целясь пальчиком в синие трусы, мелькающие из-за листьев?., когда мечтал стать космонавтом, молился на фотографии Гагарина, Стаффорда и других...
Оставалось ждать. Три часа, чтобы капитан добрался до лайнера, пара часов на испытания, и еще - пока дойдет сигнал. О взрыве.
Ринальдо не сомневался что сигнал будет - о взрыве. И поступит он не из рубки лайнера, а с патрульной беспилотной ракеты, висящей в ста километрах от старт-зоны... Ринальдо оглядел чашки, но во всех было пусто, только на донышках желтели крупные янтарные капли.
– Что, налить тебе, что ли?
– спросил Чанаргван. Голос его чуть осип от крика.
– Налей, - попросил Ринальдо. Чанаргван налил.
Ринальдо стал пить. Он не думал больше ни о чем. Он снова ждал, и секунды текли. Он ждал, хотя знал, что взрыв будет, и тогда станет окончательно жутко и беспросветно, ведь невозможно бороться с потусторонними силами, решившими вконец извести человечество... Когда проводили последний техосмотр? Позавчера.
Всё было в отличном состоянии, как и должно было быть, аварии по вине техники просто невозможны. Но тогда по чьей вине? Диверсия? Слово-то какое замшелое -диверсия... Средневековье.
Взрыв произойдет. Но пока нет рапорта о нем - можно постараться вообразить, что всё вдруг кончилось, что это и впрямь лишь роковое стечение обстоятельств, та вероятность, по которой обезьяна, усевшись за пишущую машинку, может с ходу написать "Войну и мир"... И действительно станет можно вздохнуть, расправить плечи и сказать: "Ф-фу, а я уж испугался..."
– Зачем ты послал Дахра?
– тихо спросил Чанаргван.
Ринальдо знал, что этот вопрос будет. Но он не знал, как отвечать на него.
– Зачем ты отпустил его? Ты же чуял, старик, что и второй корабль рванет...
Нет, Ринальдо этого не чуял. Еще вчера трагедия была случайностью, а спасение и счастливый конец - закономерностью, подготовленной всем течением событий, годами напряженного труда, энергией и хитроумием. Награда полагалась по заслугам всему человечеству - ну, хотя бы той части, что ее получит. Первый взрыв был досадной случайностью, болезненной, но не способной остановить эвакуации... И вот за один вечер всё стало наоборот - случайность закономерностью, а закономерность - случайностью, той самой, обезьяньей...
– Я не предполагал, что станет так... Ты ведь и сам не предполагал, что взрыв повторится.
– Так то я...
– Этот взорвется, как ты думаешь?
– детски спросил Ринальдо.
– Конечно.
– И что тогда?
– Откуда я знаю... Откуда я-то знаю?!
И я не знаю, подумал Ринальдо. Все равно как пытаться, заплыв к форштевню, остановить ладонями океанский корабль. А собственно, чем мы занимаемся здесь? Комиссия по останавливанию океанского корабля ладонями...
– Пей, чего сидишь?
– Лопну, - усмехнулся Ринальдо половиной лица.
– А клянчил...
Они ждали. Час, другой, третий... Они пили. Они молчали, задыхаясь в запортьеренной духоте кабинета. И когда за окном начало светлеть и солнце, источник жизни, подобралось к горизонту, готовясь вынырнуть из-под него, им принесли ответ. Он был послан из рубки лайнера. Он гласил: "Все системы работают нормально. Проведено восемнадцать переходов на девяти режимах. Готов к старту. Капитан Намье. 04.27 по бортовому (среднеземному) времени".