— Пригнитесь! — бросил Чиж.

Створки лифта открылись.

Патруль вернулся в Центр хмурый как грозовая туча. Говорить было о чем, но не хотелось. Они молча прошли дезинфекцию и так же молча прошли по коридору совсем другую раздевалку у бокса.

Чиж раздраженно оглядел незнакомое помещение и чуть не сплюнул с досады:

— Маму вашу, конспирацию! Все мудрите! На кой ляд, спрашивается?!

Иштван покосился на него и, выбрав себе шкаф, начал переодеваться. Иван опустился на стул и начал стягивать ботинки. Молчание затягивалось и все больше раздражало.

— Где она? Почему ее отправили на задание, а нас оставили? Хоть это-то ты объяснить можешь? — не сдержался Чиж. Сван проходя мимо, бросил:

— Для начала не мешает в душ, чтобы горячку с головы смыть, потом уж спрашивать.

— А у тебя вопросов нет?!

— Масса, — заверил. — Но психовать из-за отсутствия ответов не собираюсь.

Николай осел. Чертыхаясь стянул куртку и ботинки:

— Ничего не меняется, ничего. Сколько бы лет или веков не прошло, как были спец службы, так и остались и понятно, строго во благо человечества.

— Если бы не они, человечества возможно вообще бы не было, — тихо, скорее для себя чем для товарища, сказал Борис, скидывая в шкафчик амуницию.

— Чушь, — фыркнул Иштван. — Но версия удобная.

— Есть очень много фактов идущих в разрез с ортодоксальной наукой. Я бы не исключал ни одну версию, даже самую бредовую.

— Ну, ты у нас эрудит, тебе виднее, — проворчал Сван.

— Начнем дискуссию на тему несовершенства научных исследований и выкладок? — недовольно уставился на мужчину Чиж. — Меня лично другая тема интересует.

— Можешь не озвучивать — ясно какая, — буркнул Федорович. — Только со всеми вопросами и претензиями — к начальству.

— А ты кто?

— Я все что мог и знал — сказал!

— А меня больше двойник Станиславы интересует, — влез Ян. — Нет, серьезно, ребята: что получается, понимаете? Она взяла и растворилась. Как это может быть? Но было. А раз так, значит она… призрак, проекция. Но чего, кого, как появилась? Почему? Как мы не заметили что она… э-э-э… эктоплазменный образ.

— Абсолютно идентичный Русановой, — кивнул Иштван.

— Да! Случайность? Именно так бы объяснил тот же граф, но мы-то понимаем, что случайность, сестра закономерности. А если так, то что?

— Что?

— Оуроборо напрямую сотрудничает с «Индиго», а этот отдел напрямую занят исследованиями в области тонких полей и оба курируют исследования в области прилегающих к нам параллелей. Если взять во внимание происходящее не только в центре, и ссумировать факты, получится интересная картина. Давно доказано, что катастрофы имеют закономерное проявление амплитудного характера. Высчитать планетарные катаклизмы дело пяти минут. Однако последнее их проявление выходит за рамки научной догмы и имеет явно спонтанный характер.

— Это-то тут причем? — озадачился Пеши. Чиж же уставился на парня, чувствуя, что он может выдать полезную информацию.

— Вроде не причем. Но… Те же экстатические проявления в средней полосе? Проявления вне Центра людей пропавших при непонятных ситуациях. Возникновение не зарегистрированных граждан, которые несут чушь о странах, которых мало нет, но никогда и не существовало.

— Намекаешь на расширения зоны так называемых временных дыр?

— Истончение границ, дестабилизацию полевых структур. Это же явно!

— Стася причем? — спросил Чиж.

— Стася? — Ян пожал плечами. — Вообще-то я имел ввиду графа и эту… ну-у…

— А они каким местом в этом замешаны?

— Понятия не имею. Другое интересно — началось все с их появлением. Вы же сами заметили, что пошли неприятности и у нас, и в Центре и на планете.

— Если следовать твоей логике, сейчас все должно наладиться, правильно? Графа нет, эта дематериализовалась.

— Если я прав и они замешаны.

— Оба? — поинтересовался Иван. — С размахом мыслишь. Хотя… я бы не стал отметать твою версию. Граф действительно мог исказить историческую ленту, что неминуемо привело к искажению пространства, а это в свою очередь…

— Позволило проявляться эктоплазменным проекциям из других миров у нас! Что и произошло! — выставил палец Борис.

— Согласен, — кивнул Сван, обернув полотенцем бедра. — Только если до этого дошли вы, сто процентов, еще до вас дошел Оуроборо. Так что ничего нового вы не открыли.

— А Стася-то причем?! — спросил Чиж, страдающий от нетерпения. Зумные речи сейчас его раздражали — ясности хотелось, пусть плоской как армейский устав, но четкости, чтобы «ать-два» и на первый — второй расчитайсь! Здесь граф, здесь призрак, здесь Стася, здесь Оуроборо — и все понятно. Но его мечта не сбылась — патрульные дружно пожали плечами и пошли в душевую.