И тут пропал Саша. Брат не пришел ночевать, не позвонил – исчез в неведомом направлении. Сначала Поля решила, что он остался у Юли, но на следующий день выяснилось: парня нигде нет. Встревоженная Поля кинулась к Юле и попыталась навести справки. Но подруга лишь повторяла:

– Понятия не имею, куда он подевался, мне ничего не известно…

Полина вдруг замолчала. Потом обхватила голову обеими руками и воскликнула, глядя на Дегтярева:

– Вы уж меня простите!

– За что? – удивился Александр Михайлович.

Жукова снова уставилась в одну точку, затем прошептала:

– Только поверьте мне! Понимаете, я решила выяснить, где Юлька прячет тот самый чемодан с деньгами. Велела Сашке разведать про него, но брат смылся неведомо куда. Честное слово, я не понимала, куда он подевался, ведь денег у него совсем не было.

Я кашлянула. Насчет последнего Полина ошибается. Саша взял у Ирины Зайцевой хорошую сумму, наплел ей какую-то ерунду и исчез – уехал в Ригу с Комсомольской площади, а наивная толстушка не заметила обмана.

– Я очень нервничала, – вытирая рукой вспотевший лоб, продолжала Полина, – и пошла к Юле. Она на мой звонок не отреагировала, тогда я отперла дверь.

– Зачем же вы вошли в чужую квартиру без спроса? – оживился Дегтярев. – И откуда у вас ключ?

– Из заботы о Юле, у нее сердце больное, аритмия, вдруг ей плохо стало… А ключ… Случайно вышло… Я взяла его у Юли и сделала дубликат… хотела как лучше… она ключик потеряет, а у меня есть лишний. – Жукова выдала две глупости подряд. Тут же забыла о них и неожиданно для себя сказала правду: – Я хотела деньги поискать, думала, ее нет… Но она там была! Сидела в углу… между буфетом и столом… неживая.

– И вы сразу поняли, что подруга мертва? – деловито уточнил полковник.

– Я же медсестра, насмотрелась на покойников! – справедливо заметила Полина. – Ой, вы не сердитесь? Пожалуйста, простите, я не хотела, честное слово! Случайно вышло, машинально…

– Не думаю, что вам инкриминируют взлом, – мягко сказал Дегтярев.

Полина заморгала.

– Нет, – я медленно повернулась к полковнику, – ты не понял. Она за другое прощение вымаливает. Это Жукова тебя по башке треснула. Ведь так?

Медсестра умоляюще вытянула вперед руки.

– Я вошла, а дверь не заперла, крикнула: «Юля!» – и пошла по квартире. Я довольно долго рылась в спальнях и на кухне, но ничего не нашла. И тогда решила заглянуть в гостиную. Понимаете, Юля никогда в большую комнату не заходила и никого туда не впускала. Я один раз хотела войти, так у нее истерика началась! Встала у двери, как завопит: «Нет! Только не туда!»

– Очень странно, – бормотнул Дегтярев.

– С людьми разная шиза приключается, – вздохнула Полина. – В общем, заглянула я в гостиную и прифигела – там мертвая Юля! Мне так плохо стало! Кинулась под стол, села и рот рукой зажала. Почему я так поступила? Понятия не имею! Едва в себя пришла, слышу мужской голос: «Юля! Это я. Пришел, как договаривались. О черт!»…

Полина осторожно высунулась из-под скатерти и увидела, что к ней спиной стоит полный лысоватый дядечка. И тут Жукову охватила паника! Оцените ее положение: в комнате труп, она сидит под столом… Что должен подумать незнакомец? Следовало смываться как можно скорее. Но как уйти? Толстяк заорет, вызовет милицию. И тут Полине попалась на глаза кукла, которая валялась на полу.

Жукова схватила игрушку, выскользнула из укрытия и со всей дури ударила мужика. Тот упал как подкошенный, причем, вопреки всякой логике, оказался на полу лицом вверх. Полина быстро унеслась, не заперев дверь – забыла в панике про замок.

– Дегтярев потерял сознание от удара пупсом? – усомнилась я.

– Сейчас покажу, – подскочила Жукова и, с быстротой молнии смотавшись туда-сюда, приволокла жуткого монстра с отвратительной щекастой фарфоровой головой.

– Во! – Она протянула уродку полковнику. – Кукла из ткани, а ноги и попа набиты песком, чтобы хорошо сидела, не падала на бок. Это коллекционный экземпляр.

– Интересно… – протянул Александр Михайлович, – небольшой мешок, куда насыпан песок, является отличным орудием для битья, и он, как правило, не оставляет следов. И каким же манером вы меня стукнули?

– А вот так! – живо откликнулась Полина.

Прежде чем я успела ахнуть, девушка вырвала у полковника из рук чудище и долбанула им толстяка по затылку. Дегтярев всхлипнул и рухнул со стула. На полу он опять оказался, вопреки всем законам физики, лицом вверх.

– Ой! Дура! – заорала я. – Миша, скорей сюда!

Эксперт заглянул в кухню.

– Что происходит?

– Полковнику плохо! – закричала я.

Полина, съежившись в комочек, принялась истерически рыдать.

– Дай валерьянки, – простонал Александр Михайлович и сел, держась рукой за затылок.