— Остается только молить Бога об этом, не так ли?

— Молитесь! Если это чем-то вам поможет. Тогда упомяните и аборигенов.

Оба мужчины замолчали.

На заднем плане находились атомная электростанция и полуавтоматическая фабрика. В небольших лавочках продавались удивительно изысканные ручные поделки. В парке ветер разносил мелодии поющих воздушных змеев. Две мамаши следили за детьми, играющими под цветущим деревом.

— Мне кажется, — сказала Джейн, — что когда они вырастут и расцветут, то будут мечтать о таком и делать такое, что мы не можем и вообразить.

Селена молча слушала подругу, а потом добавила на своем удивительном журчащем языке:

— Надеюсь, мы все-таки поймем их. Разве новая жизнь началась не при нас?

— Вниманию капитана, — внезапно послышалось из интеркома. — Технический доклад.

— Опечатайте свою сеть. — Берлинг подошел к терминалу и сел в кресло перед ним. Мак-Клеллан продолжал стоять.

На экране появилось обветренное лицо капитана Пикавея.

— У нас есть некоторые оценки для вас, сэр.

— Да? — резко произнес Берлинг, хотя смятение, которое он тщетно пытался скрыть, слишком явно бросалось в глаза. — Слушаю!

— Нет никаких шансов, сэр. — Пикавей облизнул кончиком языка пересохшие губы. — Оружие не поможет. Мы одно время полагали, что нас выручат лазеры, но расчеты показывают, что они смогут за оставшееся время лишь частично расплавить объект; но расплавленные материалы все равно не покинут тело снаряда, а вновь застынут на его поверхности. Поставить на его пути массивные тела — все наши корабли, например, один за другим — тоже будет совершенно бесполезно. Снаряд пройдет сквозь них, как… нож сквозь масло. Если бы у нас в запасе было достаточно времени, чтобы разместить на пути снаряда действительно большое тело… например, крупный астероид — тогда да, задача была бы решена. Но времени нет. Все, что смогла придумать моя команда, — это… желает ли капитан выслушать полный текст доклада?

— Еще бы. — Голос Берлинга вновь стал ровным и тяжелым. — Вы и ваши компьютеры знаете свое дело. Как насчет необычной тактики, которую я предлагал?

Пикавей шумно вздохнул.

— Так точно, сэр. Она сработает. Если мы успеем, — он посмотрел на часы, — …если успеем все сделать за девяносто минут, считая с этого момента. Но для этого нужна… полная масса нашего корабля. Со шлюпками и всем прочим. И еще скорость в момент контакта не менее чем тридцать километров в секунду.

— И абсолютная точность, — добавил Берлинг. — Вы разработали план полета?

Пикавей коротко кивнул. Берлинг поглядел прямо ему в глаза.

— Это точная цифра? Мы не можем ошибиться из-за погрешностей в расчетах?

Лицо Пикавея окаменело.

— Сэр, мы служим на Флоте! — ответил он.

— И все вы готовы пойти на это?

— Так точно, сэр! — На лице Пикавея появилась ужасная улыбка. — Не могу сказать, что мы особенно счастливы, но все понимаем необходимость.

— Отлично. Пришлите мне данные на экран, распечатку и программу полета. Немедленно.

— Могу я объяснить экипажу причину?

— В этом нет необходимости.

— Не уверен. Мне кажется, я обязан.

— Мы можем спорить об этом все девяносто минут. Действуйте!

— Есть, сэр! — Изображение Пикавея исчезло. На экране замелькали слова, диаграммы, бесчисленные колонки цифр, а из щели под монитором выползла полоска бумаги. Берлинг с минуту изучал ее, затем склонился над интеркомом.

— Капитан — Навигационному отделу, — произнес он. — Срочно. Мы переходим в полный автоматический режим на ближайшие час-два. Подтверждение.

— Так точно, полный автоматический, сэр.

— Переключитесь и ожидайте дальнейших распоряжений.

— Сэр!!! — послышался перепуганный тенорок за спиной Берлинга.

— Внимание! — разнеслось по всем закоулкам корабля. — Внимание! Приготовиться к ускорению перед гиперпространственным маневром. По местам! Всем свободным от несения вахтенной службы занять места в кубриках!

Из коридора донесся топот множества ног — экипаж бросился к своим приборам и механизмам. По корпусу корабля прошла пронизывающая дрожь, извещающая о том, что включились главные двигатели. Внутри корабля возникли невидимые и неощутимые поля, призванные уменьшить воздействие ускорения на аппаратуру и живые организмы. «Целестия» ринулась вперед.

На борту ощущалось легкое напряжение: экипаж не понимал, что происходит. Распоряжения «по боевым постам» не поступало, значит, это не боевая тревога или что-то в том же роде. Команде оставалось только вслепую гадать, что задумал Старикан на сей раз. Неужели возвращаемся на базу? За исключением технического отдела, все получили только смутную и неопределенную информацию о готовящейся миссии. Простор для всевозможных домыслов был полный.

Внезапный вопль:

— Ты хочешь таранить его, да?!